Руководитель саморегулируемой организации арбитражных управляющих г. Киева Сергей Боярчуков в интервью информационному порталу "Банкротство & Ликвидация" предоставил свои комментарии по делу о банкротстве ЧАО "Росава" и предоставил оценку действиям арбитражного управляющего Светланы Деминой, которая выполняла полномочия ликвидатора предприятия. Свое видение ситуации по делу Росавы, обстоятельствах особого интереса к данному делу со стороны Совета арбитражных управляющих Киева и о конфликте интересов Сергея Боярчукова по указанному делу подробно рассказала арбитражный управляющий Светлана Демина.
В известном всему профессиональному сообществу медиа-ресурсе "Банкротство и ликвидация" 20 августа 2020 была размещена статья Сергея Боярчукова "Сергей Боярчуков: о проблемах сообщества арбитражных управляющих надо кричать", в которой автор от имени Совета арбитражных управляющих Киева, пользуясь статусом председателя Совета, распространил негативную информацию о выполнении мной полномочий ликвидатора ЧАО "Росава".
При этом, господин Боярчуков ссылался на документы, полученные от "опытного" арбитражного управляющего Ильи Комлик, который обратился в Совет арбитражных управляющих Киева по неопределенным причинам и предоставил на рассмотрение Совета "целый ряд документов", которые якобы подтверждают нарушение мной норм профессиональной этики арбитражного управляющего. При этом, ни одной ссылки на нарушение конкретных норм Кодекса профессиональной этики арбитражных управляющих в статье указано не было, однако среди материалов, которые якобы рассматривались Советом, были выборочно предоставлены документы о финансово-хозяйственной деятельности ЧАО "Росава", информация о банковских транзакциях, ссылки на видеосюжеты с высказываниями третьих лиц.
Цитирую текст статьи, предоставленный как личное высказывание господина Боярчукова: "Мы говорим о деньгах предприятия-банкрота". Мне лично была дана характеристика "новичок в профессии", "однозначно неопытный", не вправе получать такие сложные дела, как дело завода "Росава" и "не имеет необходимого багажа знаний и навыков".
Очевидно, господин Боярчуков, который взял на себя ответственность оценивать профессиональную деятельность других арбитражных управляющих, наделен какой-то неизвестной мне компетенцией и чрезвычайными профессиональными навыками, которые дают ему право судить других, разделять наших коллег на "опытных" и "новичков"?
Тогда я хочу спросить его лично:
- 1) Понимает ли он разницу между осуществлением проверок деятельности арбитражного управляющего на предмет соблюдения законодательства и контроля за соблюдением арбитражным управляющим профессиональной этики? Какие органы, по его мнению, уполномочены осуществлять следующие уровни контроля за деятельностью арбитражных управляющих?
- 2) Известно ли господину Боярчукову, какими полномочиями он наделен как председатель Совета арбитражных управляющих Киева и за какими органами НААКУ имеет полномочия осуществлять контроль? Как в НААКУ распределяются полномочия между Советом НААКУ и советами регионов?
- 3) известно ли господину Боярчукову и его "опытному" коллеге Илье Комлик о содержании п. 6 статьи 12 КУПБ, согласно которому "Арбитражному управляющему запрещается разглашать сведения, ставшие ему известными в связи с его деятельностью, и использовать их в своих интересах или интересах третьих лиц"?
Таких вопросов у меня, рядового арбитражного управляющего, к моим "опытным" коллегам очень много, но я считаю целесообразным оставить проблемы повышения их квалификации в компетенции соответствующих образовательных учреждений и Министерства юстиции Украины. Хочу лишь напомнить им содержание статьи 7 (Конфиденциальность) Кодекса профессиональной этики арбитражного управляющего, утвержденного профессиональным сообществом почти год назад: "Арбитражный управляющий в своей деятельности соблюдает конфиденциальность, что указывает на невозможность разглашения третьим лицам информации о Должнике, Кредиторе, другую информацию, полученную им в связи с выполнением своих полномочий. Указанное правило не распространяется на случаи, когда в соответствии с законом арбитражный управляющий обязан разгласить (сообщить другим лицам) указанную информацию, или когда в соответствии с законом третьи лица имеют право на получение такой информации, или если такое разглашение вызвано необходимостью выполнения функций, возложенных на него Кодексом из процедур банкротства".
Хочу объяснить, что ЧАО "Росава" является градообразующим предприятием, его деятельность нельзя остановить мгновенно, в том числе потому, что оно обеспечивает энергобезопасность всего региона, о чем мне, как ликвидатору, было неоднократно указано, в том числе, Белоцерковским городским советом Киевской области.
Вопрос законности, соответствия и полноты выполнения мной полномочий ликвидатора ЧАО "Росава" было предметом проверки Министерства юстиции, о чем господин Боярчуков рассказал в своей статье. Но, странное дело: результаты проверки моей деятельности органом контроля тоже не устраивают Сергея Григорьевича. Несмотря на то, что в последнее время он очень активно защищает коллег-арбитражных управляющих, к которым есть много претензий со стороны как Министерства юстиции, так и правоохранительных органов, в то же время именно ко мне, даже после проверки, которая не выявила никаких нарушений, у Боярчукова очень много претензий. Не кажется ли странным, что вопросы к моей деятельности на ЧАО "Росава" возникли у уважаемых господ Комлика и Боярчукова именно сейчас, после моего отстранения от исполнения обязанностей ликвидатора ЧАО "Росава" и назначения Ильи Комлика?
Я не открою любой тайны, поскольку это процессуальные вопросы, если сообщу общественности о том, что Илья Комлик назначен ликвидатором ЧАО "Росава" очень странным образом: без решения комитета кредиторов и без применения автоматизированной системы, с грубыми нарушениями процессуального законодательства. Эти обстоятельства сейчас рассматриваются апелляционной инстанцией по моей жалобе. Может именно поэтому господин Боярчуков считает "глубинной проблемой" комитет кредиторов ЧАО "Росава", состоящий из государственных органов, с которым трудно договориться и который невозможно контролировать. Ссылка в статье на проблемы Фонда гарантирования в процедуре банкротства ЧАО "Росава" имеют искусственный характер. Существуют только проблемы финансовых компаний, которые приобрели права требования Фонда к ЧАО "Росава" с огромным дисконтом и интересы которых в деле о банкротстве ЧАО "Росава" представляет компания господина Боярчукова ЮФ "Алексеев, Боярчуков и Партнеры".
Процедура банкротства ЧАО "Росава" - лакомый кусок, к которому хотят присоединиться структуры и специалисты, которые имели и имеют отношение к Сергею Боярчукову и его компании. Это, в частности, и Илья Комлик, который в прошлом был сотрудником ЮФ "Алексеев, Боярчуков и Партнеры".
Все приведенное выше указывает не на отсутствие достаточной компетенции у моих "опытных" коллег, а на имеющийся конфликт интересов и недобросовестную конкуренцию, для которой используется региональный совет саморегулируемой организации, которую мы вместе создавали последние годы, следует отметить, совсем для других целей. Материалы, неправомерно, в нарушение норм Кодекса профессиональной этики, обнародованные в отношении меня, используются для дискредитации меня как арбитражного управляющего. Предполагаю, что по мнению авторов, это должно помочь им во время рассмотрения поданной мной апелляционной жалобы, по отстаиванию своих профессиональных прав и обжалованию своего неправомерного отстранения от исполнения обязанностей ликвидатора ЧАО "Росава", с которым я не согласна.
Если вопрос контроля за деятельностью арбитражных управляющих, который осуществляется СРО, относительно соблюдения устава СРО, Кодекса профессиональной этики арбитражного управляющего и других решений СРО непонятен для некоторых членов НААКУ и их "лидеров", хочу отметить, что он предусмотрен ст. 20 КУПБ и осуществляется путем проведения внеплановых выездных и невыездных проверок. В соответствии с уставом НААКУ, единственным органом, рассматривающим материалы проверок деятельности арбитражного управляющего который, в случае выявления по результатам проверки признаков дисциплинарного проступка, решает вопрос о внесении в дисциплинарную комиссию представления о привлечении арбитражного управляющего к дисциплинарной ответственности, является Совет арбитражных управляющих Украины (не надо путать с Советом арбитражных управляющих Киева), что прямо предусмотрено п. 13.10.11 Устава НААКУ.
Хочу напомнить всем коллегам, что именно независимые и высокопрофессиональные арбитражные управляющие обжаловали и отменили в суде ту редакцию "Положения об автоматизированной системе по отбору кандидатов на назначение арбитражного управляющего по делам о банкротстве", которая предусматривала уровни квалификации и ранжировала арбитражных управляющих на "опытных" и "неопытных". Я на своем примере хочу доказать, что нет арбитражных управляющих "опытных" и "новичков", "сильных" и "слабых", "командных" и "одиночек". Мы все равны, процессуально независимы, защищены Законом и нашей общей профессиональной организацией. Считаю что информация, обнародованная в статье "Сергей Боярчуков: о проблемах сообщества арбитражных управляющих надо кричать", унижает мою профессиональную честь и достоинство, деловую репутацию как арбитражного управляющего, создает конфликт интересов и предназначена для оказания давления на меня и использования должности с целью недобросовестной конкуренции.
Кто мы такие: О нас и Контакты. Как мы пишем новости и наши принципы: Редакционный кодекс. Мы старались, если вам понравилось – задонатьте.
Если Вы заметили орфографическую ошибку, напишите нам.