Создание патрульной полиции стало едва ли не единственной настоящей реформой после Революции Достоинства. Набранные с нуля полицейские, и внешним видом, и работой начали доказывать обществу, что создать европейский правоохранительный орган в нашей стране вполне возможно.
Но, в последнее время на работу патрульных появляется все больше нареканий. Многие граждане жалуются, что прибытиz полицейских приходится ждать все дольше и дольше. Иногда на вызовы патруль вообще не приезжает. Кроме того, увеличивается число копов, которые увольняются из рядов полиции.
Почему так происходит? И что произойдет с патрульной полицией, если ничего не менять? Об этом — в специальном расследовании "Слідство.Інфо".
15 человек боролись за одно место в патрульной полиции Киева в начале 2015-го года. Ожесточенный конкурс, в котором этап за этапом отсеивали, тестировали и обучали, ежедневно отслеживали отечественные и иностранные СМИ.
Первые 2 тысячи полицейских присягнули на Михайловской площади в самом центре столицы.
Сначала они приезжали на вызов за считанные минуты, а теперь их можно и вовсе и не дождаться. Патрульные, которые были героями телерепортажей и статей про новую полицию, размещают в социальных сетях объявления об увольнении.
Кто-то отказывается от комментариев из солидарности с уже бывшими коллегами, а кто-то не скрывает причин смены профессии, как это делает киевлянин Андрей Кобылинский.
"Ты постепенно просто понимаешь, что реформы не происходят, что ты просто ширмой, чтобы прикрыть отсутствие реформ в Украине, красивой картинкой", — говорит Андрей Кобылинский.
Что произошло за два года с реформой полиции? Почему те, кто клялся, покидают ряды украинских копов?
Селфи с прохожими, ежедневные телерепортажи, интервью с журналистами — киевлянин Алексей Бардадым фиксировал рабочие будни патрульных с первого дня как оператор реалити-шоу о столичных копов:
"Я ездил с ними в автомобиле, мы попадали в разные ситуации, начиная от бытовых алкоголических истерий, заканчивая какими-то перестрелками и погонями. Они рискуют своей жизнью. Я видел, как они работают: там полный энтузиазм, горят глаза, они действительно что-то делают", — вспоминает Алексей.
Два года спустя его обокрали в центре Киева. Посреди белого дня из его машины вытащили дорогостоящую профессиональную технику:
"Кража из автомобиля произошла три минуты назад, я знаю направление, куда побежал преступник, я знаю, как он был одет. Мне сказал это свидетель - что это шорты были и зеленая футболка. Это подтвердилось потом на камерах. Можно было сделать по горячим следам.
За три с половиной часа ко мне никто не приехал. Я сам поехал в отделение писать заявление. Я просто ждал, каждые 20 минут звонил, спрашивал. Они говорили: "Мы можем продублировать ваш вызов. Извините, мы ничем вам не можем помочь", – дополняет потерпевший.
Алексей вынужден был сам ехать в отделение и просить принять заявление о преступлении. Потом уговаривал следователей взять видео с многочисленных камер наблюдения, по которым можно было проследить, откуда пришел вор, с кем взаимодействовал и куда бежал с украденным. С момента кражи прошел месяц — ни похищенной техники, ни подозреваемых следователи не нашли.
История Алексея не единственная. На страницах патрульной полиции в социальных сетях отзывы благодарности теряются среди многочисленных возмущений типа: вызвали полицию, а она не приехала, или приехала, но слишком поздно.
Почему так происходит, — объясняет Андрей Кобылинский. Один из узнаваемых копов столицы уволился из рядов патрульных этой весны.
"Нет ни машин, ни людей. Там такие гонки продолжаются жесткие — чего станет меньше. Сейчас меньше машин, а завтра меньше людей, а потом наоборот", — оправдывает уже бывших коллег из полиции Андрей Кобылинский.
Прибыльный бизнес, которым заработал на квартиру и внедорожник, Андрей два года назад сменил на службу в новой патрульной полиции:
"Как планировалось с начала, как Згуладзе нам рассказывала: обещали там определенный карьерный рост, что будете туда вовлечены... И первые несколько месяцев я действительно верил, что так будет. Мы думали, что все будет пусть не так, как в Штатах или в Канаде, хотя бы как в Грузии. Но случилось, как всегда бывает в Украине. Вероятно, высшее руководство, то есть Аваков, подумал, что это слишком опасно, так много молодой крови вливать. Лучше на старых профессионалов надяться", — говорит бывший коп.
Два года назад патрулировать в Киеве вышли 2000 патрульных на 200 экипажах – "Приусах". Теперь из-за увольнения и переходы копов в другие подразделения, недобор среди патрульных составляет более 20 процентов. Андрей говорит, что люди уходят из полиции прежде всего из-за истощения и нехватки времени на личную жизнь.
"Ну а как можно, когда в семь утра уже на построении нужно быть, или с ночной смены приходишь минимум в девять часов утра. Никак не удается. Просил жену, когда я во время перемены там, ну, шел когда еще ребенок спит, а возвращался, когда уже спит, то я просил, чтобы скидывала в вайбер фотографии во время дня. Это одно из немногих, что добавляло энергии во время работы — фотографии ребенка», — вспоминает Андрей.
Сегодня бывший полицейский может намного больше времени уделить семье. Например, лично забрать младшего сына из детского сада. Жена Андрея, Наталья, вспоминает времена, когда муж работал в полиции, как тяжелые в их супружеской жизни:
"Муж приходил сонный. Почти все делала я сама. От него помощи я не ожидала. Хотелось, чтобы он отдохнул только от работы, выспался хоть немного", — вздыхает Наталья Кобылинская.
Типичный рабочий день украинского копа — это минимум 12 часов. Вместе с дорогой на работу и с работы, получением-возвратом оружия и патрульной машины — это все 14, а иногда и 15 часов. Если смена заканчивается в семь утра, домой патрульный попадает около десяти утра. Это в лучшем случае, если не произошло задержаний или других событий, которые требуют оформления документов.
А уже в семь вечера надо заступать на новую смену. Для этого на работе надо быть на полчаса раньше. Оставшееся время — это не только на сон, но и на подготовку формы. У патрульного лишь один комплект, который выдали еще в начале службы. Надо постирать, высушить, выгладить. На сон времени почти не остается. О переутомление уже открыто пишут в соцсетях копы всей Украины:
"Сколько бы в день не спала, а вторая ночная ужасно тяжелая. Особенно, когда в пеший патруль поставят. В 5 утра пеший патруль уже похож на привидение", — пишет в соцсети Ксения Боянова, инспектор патрульной полиции Украины из Ахтырки (Полтавская область).
Проблема была бы менее острой, если бы у патрульных не воровали выходные:
"Огневая подготовка, тактике постоянно нужно обучать, потому что эти навыки пропадают, если не учить, каким-то юридическим вещам нужно учить, повторять. Когда же это все пробовать? Только в выходной день. А если еще какие-то события в городе — большой митинг под Верховной Радой или годовщина, то, конечно, кроме дежурной смены привлекаются и те, у кого сейчас выходной", — говорит Андрей Кобылинский.
Из-за переутомления снижается скорость реакции. А бывает, патрульный просто засыпает за рулем. Как следствие — ДТП.
19 июня 2017 года в 5:30 утра "Приус" патрульной полиции врезался в дерево в парке возле Голосеевского озера. Андрей Кобылинский уверен — патрульный, что был за рулем, уснул от переутомления:
"Там однозначно по характеру повреждения и по фотографии видно, что патрульный утром просто себе понемногу, потихоньку ехал, пока не уснул. А тогда, заснув, продолжил движение и врезался в дерево. Еще хорошо, что в дерево, а не в озеро заехал. Поскольку я сам часто фактически засыпал за рулем, я знаю, как это бывает".
Начальник столичной полиции Юрий Зозуля говорит, что людей действительно не хватает. А потому на тех, кто остался, нагрузка увеличилась. Если два года назад улицы патрулировало 200 экипажей, то сейчас только полторы сотни. Но потери персонала не связаны с переработкой, убеждает руководитель, а рассказы о переутомлении — это преувеличение, как и жалобы на выходные, половину из которых приходится проводить на работе.
"Я как-то высыпаюсь. Безусловно, бывают там моменты с охраной общественного порядка, какие-то большие собрания, большие акции проводятся, но это не настолько часто, не ежедневно. Для того, чтобы проводить какие-то учения, нам приходится привлекать патрульных в их выходные дни. Но это происходит не настолько часто, как бы нам хотелось проводить какие-то тренинги", — объясняет Юрий Зозуля.
Львов. Это второй после столицы город Украины, где появилась патрульная полиция. Нас встречает Лилия Таранда. Ей 30. Полтора года назад она променяла семейный бизнес на полицейский значок.
"Я очень хотела идти в патрульную полицию, — рассказывает Лилия Таранда. — Это была очень большая идея, потому что у меня трое детей. Я всегда хотела, чтобы в Украине лучше относились к правоохранительным органам".
Мать троих детей метко стреляет, ловко управляет и неплохо руководит. Спортсменка быстро получила должность заместителя командира взвода обслуживания дорог государственного значения. Говорит — здоровье не выдерживало переработок даже у молодых парней:
"У меня было во взводе 42 человек. Из 42 у меня всегда пять-шесть имели высокое давление. Их отправляли на лечение, не допускали на смену. Ребята шли в нашу больницу и им врачи говорили: "Синдром хронической усталости. Надо отдыхать". То есть, единственное лечение — это просто выспаться, а времени не было. Потому что у каждого дома есть семья, дети, работа. И тех восемь тысяч явно не хватает для проживания на всю семью".
Машины патрульной полиции по всей Украине не имеют страхование КАСКО на случай аварий, поэтому не только во Львове копы ремонтируют машины за свои деньги.
"Разбитые "Приуса» патрульные ремонтируют за свои средства. И ремонт этот очень ценный», — пишет Ксения Боянова, инспектор патрульной полиции из Ахтырки.
Патрульные делают ремонты добровольно, уверяет один из руководителей львовских копов Андрей Богуш:
"По собственному желанию, если, скажем, незначительное, какая-то царапина, или легонько бампер, там трещина, патрульный может написать рапорт, попросить за собственный счет сделать. К этому никто не принуждает, никто не заставляет их это делать. Просто, если вот случается ДТП, в дальнейшем идет служебное расследование и там соответствующие выводы"...
Мало кто из патрульных хочет попасть под санкции. Ибо это выговор в личное дело и депремирования, иногда неоднократное. При таких условиях копам не кажется остроумным шутка министра Арсена Авакова о ДТП на новых полицейских джипах Mitsubishi Outlander:
"Учитывая высокую стоимость этих машин и особенно их специфику... Мы договорились первых трех расстрелять, кто попадет в аварию", — пошутил тогда министр.
Патрульная полиция Украины работает с североамериканской моделью. Инструкторы из Канады второй год подряд передают свой опыт украинским копам.
Мы связались с полицией Калгари, откуда приезжали тренеры для наших патрульных. Наш собеседник Кен Результаты. Он опытный полицейский, который служит уже много лет. Об отсутствии страхования КАСКО для автомобилей патрульных канадец впервые слышит от нас.
"Нет, наши полицейские никогда не платят деньги за ремонт авто из собственного кармана, это правда. Полиция города Калгари имеет страховки на авто, которые компенсируют расходы на ремонт повреждений", — говорит Кен Тауэр, инспектор полиции из канадского города Калгари.
Где копы ремонтируют "Приуса" после ДТП? Об этом в полиции не говорят на камеру.
По официальной информации, повреждены "Приуса" в Днепре должны ремонтироваться на сертифицированном автосервисе Тойоты "Алмаз-Мотор". От него до управления патрульной полиции меньше восьми километров. Но на самом деле активисты находят побитые полицейские автомобили совсем в других местах.
Чтобы добраться до места, где ремонтируют машины днепровские копы, приходится преодолеть почти 20 километров. Половина пути — сплошные выбоины. На городской окраине, в глубине частного сектора, стоят сразу три патрульных "Приуса". Именно там их нашли городские активисты.
Каждая из патрульных машин оборудована GPS, а ее местонахождение контролируется с пульта управления городского управления полиции. Но эти машины стояли в частном секторе несколько дней и их судьбой не заинтересовался никто, кроме активистов. Они решили, что полицейские машины или украдены, или проданы, или происходит попытка выдать "Приус" за полицейскую машину.
Оперативная группа следователей, которая прибыла на вызов, общественных активистов, зафиксировала три патрульных машины со следами повреждений и даже частично разобранных.
"Патрульных во дворе стоит сколько машин? Я вижу две, — объясняет следователь своему руководству в телефонном разговоре. — Сколько здесь машин? Визуально две и одна на улице, разбитая. Выходит, впереди там бампера нет. Это как отсюда видно, может, за домом еще машины..."
Владелец двора, где стояли машины, отказался объяснить, почему они у него. Все вопросы переадресовал на Красную, 2А. Площадь Красная, 2А, ныне Троицкая, 2А — это адрес Днепровского городского управления патрульной полиции.
В тот день общественные активисты обнаружили еще два гаражных СТО, где ремонтируют патрульные машины. Уже на следующее утро после импровизированного рейда, все полицейские "Приуса", даже разобраные, оттуда исчезли.
Представители полиции в течение 20 дней отказывались отвечать на запросы активистов о причинах ремонта машин в местах, которые никак не напоминают сертифицированное СТО "Тойоты". Наконец ответ пришел — патрульные ремонтируют свои машины добровольно. "Бесплатно для бюджета полиции" означает, что копы платят из собственного кармана. Об этом рассказывает уже бывший патрульный из Днепра Владимир Алексеев:
"Нам сначала сказали, что берегите "Приуса". Негласно, если будут у "Приуса" повреждения, то, соответственно, это будут ваши расходы. Кроме того, не только "Приуса". Патрульный несет ответственность за бодикамери, за планшеты. Если где-то вам выбили из рук планшет, и вы его разбили — вы пойдете за собственные средства его ремонтировать".
Владимир был патрульным в Днепре дольше года. Пошел в полицию на волне эйфории, но в апреле 2017-го решил уволиться. Рекламные лозунги, которые сопровождали набор в полицию, и реальность — это совершенно разные вещи, объясняет бывший коп. Реальный размер заработной платы оказался вдвое меньшим. Вторая половина зарплаты — это премия, которой могут лишить за любую провинность.
"Говорят, у патрульных высокие зарплаты. Опровергну. Зарплата у патрульных – 4 000 гривен. Плюс 4 000 гривен - премия в Днепре. В Киеве — 10 000 зарплата с премией. Существует такой механизм депримации. Соответственно, на усмотрение руководства вас к концу месяца могут оставить с четырьмя тысячами. Соответственно, человек, полностью зависит от руководства, будет и чинить "Приус" за свой счет, и выполнять любые установки руководства. Потому что есть такая зависимость", — утверждает Владимир Алексеев.
Как и большинство других копов, с которыми мы общались, Владимир говорит, что проблемы в работе полиции начали появляться через полгода после начала ее работы:
"Некоторые автомобили в ужасном техническом состоянии. Когда заводилось — стучали, визжали. Они не предназначены для наших дорог. Были изношенные покрышки, страшно принимать автомобиль. А не принять ты его не можешь — надо как-то ехать на смену. Полностью голые покрышки. Это было и летом, и весной — за зиму все поснашивалось. Нам не спешили их менять. Каждый раз на свой страх и риск выезжали - только не разгоняться, чтобы потом никуда не влететь".
Львовянка Лилия Таранда не знакома с Владимиром, но рассказывает то же самое. Она даже показывает фото, которые делала на машинах своего, уже бывшего взвода, когда запрещала выезд. На них стерты до ниток протекторы колес, шишки, что вздулись на резине и могли привести к ДТП, тормозные колодки, которые просто вылетели на ходу.
"Это не происходит за один день, правда? Наверное, надо было достаточно долго поездить. Мы всегда писали рапорты, что сломанные автомобили требуют ремонта. Кто водитель, тот поймет. Тормозные колодки просто сорвало. Их там почти не было. Они такие затертые, что просто взлетели. 100% писались рапорты, что автомобиль неисправен. Мы сделали такой флеш-моб — рапортами забросали. Может, через месяц-два оно менялось. Но это не было сразу и автомобили все равно выезжали на линию. Был случай, где не менялось масло в коробке и просто коробка заклинила. Тот "Приус" до сих пор стоит и не ремонтируется. Его на эвакуаторе доставляли», — комментирует Лилия Таранда свои фото с стертой резиной колес полицейских "Приусов".
Днепровец Владимир Алексеев говорит, что на интервью с нами его уговорили бывшие коллеги, которые не могут говорить откровенно без разрешения руководства, ведь депримация — это еще одно табу в разговоре с копами. Простые патрульные о ней говорить не хотят. Например, руководство столичной полиции утверждает, что наказание деньгами — это крайняя граница. Даже за разбитые по вине патрульного машины могут не оштрафовать.
"На деньги мы стараемся не наказывать патрульных никогда. Чтобы была депримация — мы стараемся минимизировать этот момент, потому что, в первую очередь, денег ты не лишаешь самого патрульного, а его семью. Поэтому этот вид взыскания мы стараемся использовать крайне редко", — утверждает Юрий Зозуля, начальник управления патрульной полиции г. Киева.
Заместитель начальника управления дежурной службы патрульной полиции во Львове Андрей Богуш говорит о депримации откровеннее:
"Скажем, инспектор такой-то такой-то, относительно вас сейчас проводится служебное расследование. Во время службы вы вместе с инспектором таким-то, теоретически, спали. Вас нашел видеомониторинг, это все задокументировано. С вас в этом месяце будут сняты 2-3 тысячи гривен".
Одесса. На условиях анонимности один из полицейских рассказывает, что наказание лишением премии практикуется часто. Закон сопрягающихся сосудов: без снятия премии у одних патрульных ее не получат другие:
"Я говорю: вот у меня раскрытие. Могу ли я рассчитывать на какую-то премию? Ну, ты понимаешь, в этот месяц никто не проштрафился. Мы никого не оштрафовали. Поэтому мы не сможем выплатить премию. То есть, для того, чтобы премировать сотрудника, нужно в кого-то из семьи забрать эти деньги. Как этот сотрудник будет смотреть на того, кто получил премию? То есть, это будет конфликт внутри коллектива".
Мы получили возможность заглянуть в закрытые чатов, где полицейские обсуждают ежедневную рутину. Об этом они не признаются на камеру, но главный показатель успешности подразделения это — количество админпротоколов. Чтобы получить премию, нужно оформить их как можно больше. Бюрократическая статистика, как в старой доброй милиции, снова важнее реальной борьбы с преступностью.
" У нас есть рота, которой дают наряды постоянно. Они списывают вызовы и стоят, лупят "постановы".
— Потому что всем пох..й, что у тебя куча вызовов, должен быть показатель, вот и все...
Украинские копы не имеют обещанного медицинского страхования. Зато, патрульному предлагают застраховать свое здоровье за свой счет, как и любому другому гражданину, рассказывают одесские копы:
"На самом деле ему предлагают защищать себя в суде и с того человека, который нанесла ему ранения, получать причиненные убытки. — А если деньги просто сейчас нужны? — Скидываемся по 5 гривен, по 10, по 50, по 100, кто сколько может, вся патрульная полиция собирает деньги. Так, вот девочка, которая пострадала в ДТП, ей скидывали деньги на счет".
Понедельник, девятнадцатое июня. В 14:30 во дворе управления патрульной полиции Днепра стоит 39 автомобилей из 96. Почти половина. То есть миллионный город патрулирует лишь 57 экипажей. Для сравнения канадский город Калгари с миллионом жителей патрулирует почти втрое больше полицейских машин, говорит инспектор полиции Кен Тауэр:
"В обычный день разные районы города патрулируют до 120 автомобилей с полицейскими. В вечерние часы может быть по 2 полицейских в каждом авто. Но патрульных машин на выезде обычно от 90 до 120".
Юлия Брындина не знает этой статистики, однако уменьшение количества патрульных экипажей почувствовала на себе. В три утра четвертого июля этого года жители многоэтажки на улице Новоорловской, 2Б в Днепре услышали, как воры ворвались в гараж.
"Проснулись от того, что был дикий скрежет металла и крики женщины: "Перестаньте ломиться, сейчас вызову полицию". Когда кричали, что сейчас вызовут полицию, из других окон, они только смеялись, но никто никуда не убегал. Они не боялись, что полиция приедет", — возмущается Юлия.
Женщина сразу позвонила 102, ведь в прошлом году ограбили ее гараж и частный дом, а в квартиру матери ворвались на прошлой неделе. Выяснилось, что даже соседи уже сделали несколько вызовов:
"Звонили к нам, делали вызовы, мы. Вот – полиция: исходящий звонок, в 3:29 вызов, в 3:45 мы повторно звонили, спрашивали, где машина".
В конце концов сами же жители дома отпугнули воров, а вот копы на вызов приехали только через час. Юлия спрашивала дежурного в телефонном разговоре, почему так случилось.
"Когда в нашем районе регулярно ездили патрульные, мигали синими огнями. В последнее время машин нет. На что он ответил, что раньше работали тысяча патрульных, а сейчас — 500 человек, поэтому говорит: "Идите к нам работать, будете вовремя приезжать".
Бывшая патрульная Лилия Таранда со Львова говорит, что долго колебалась перед тем, как написала рапорт об увольнении. Мать-одиночка признается — не смогла прокормить троих детей на зарплату копа:
"Выжить за счет того, что зарабатывала, не удавалось — это коммунальные услуги и продукты. И мама с тремя детьми одна — это было трудно. Мне самой уже приходили в голову идеи где-то еще работать, но мне было это нереально. Потому что я была одна с тремя детьми и такой график — это было очень тяжело".
Коп в прошлом Андрей Кобылинский теперь помогает бывшим коллегам зарабатывать в свободное время. Не все могут себе позволить уйти из полиции — найти другую работу непросто.
"Некоторые даже, бывало, у меня подрабатывали уже после того, как уволились. Я плачу людям без квалификации, просто студентам, которые приехали на один день подработать, почти столько, сколько полицейский за смену получает. А работать у меня надо меньше, чем длится смена у полицейского", — признается Андрей. Но называть имена отказывается, чтобы полицейских не наказали.
Пострадавший от воров Алексей Бардадым о сложностях работы полиции не знает, но контраст между тем, что было и как стало, почувствовал на себе:
"Мне кажется, что это вопрос системы. То есть системы нет. Система просто рухнула. Ее не имеет и непонятно почему. Я закрываю глаза и не могу представить масштабы и не могу представить денег, которые пошли на эту реформу".
Сейчас едва ли не единственным достижением реформы патрульной полиции является отсутствие системного взяточничества, так, как это было раньше в ГАИ. Об этом говорят и те, кто уволился, и те, кто служат и до сих пор. И надолго ли это?
"Когда отказываешься от полторы тысячи долларов, которые тебе предлагают, когда ловишь за рулем состоятельного человека в нетрезвом состоянии — много о чем задумываешься: стоит — не стоит. Мою семью кормил семейный бизнес. А у кого только одна зарплата?" — рассуждает Андрей Кобылинский.
"Чем сильнее будут затягивать людей финансово, я думаю, тем сложнее будет бороться с этим искушением", — прогнозирует Владимир Алексеев. Как и остальные бывших и действующих копов, он говорит, что работа патрульного захватывает. Она дает адреналин и множество впечатлений, которые ничем не заменишь. Но когда семью нечем прокормить, то рано или поздно патрульные начнут брать взятки или найдут другую работу. Кому есть куда идти — уже пошли, рассуждают патрульные.
Из-за таких разговоры не стоит волноваться, считают в руководстве киевской полиции. Мол, если бы все хотели, уже бы уволились, убеждает Юрий Зозуля:
"Приходили патрульные, пишут рапорты по собственному желанию, говорят, что их не устраивает финансовая сторона, еще чего — то- это абсолютно нормальный процесс. Говорить, если не поднимут, то все освободятся, это непрофессионально и нелогично. Если бы так было — уже все бы уволились. Многих это удовлетворяет. Им нравится их служба и они готовы работать так всю жизнь".
Но факты говорят и о том, что новые наборы не в состоянии компенсировать дефицит патрульных, в то время, как в Северной Америке желающие служить в полиции готовы по несколько лет в очереди стоять. Даже с высокими результатами тестов берут не сразу — проверяют. Констебль полиции канадского города Торонто Владимир Светличный делится собственным опытом:
"В моем случае, я не провалил ни одного этапа. Собеседование длилось четыре часа. Она была очень непростой. И ушло почти два года, чтобы попасть в эту службу".
Другой пункт, что гарантирует неподкупность и качество работы копов — это достойная оплата рискованного труда, говорит Владимир:
"Я не хочу менять эту работу ни на какую другую. Потому что у нас хорошая, стабильная зарплата, контракт на 30 лет. Никто не будет рисковать Потому что если вдруг попасться на взятке, — ты не просто теряешь работу, ты попадаешь в тюрьму. И это срок 10 — 15 лет тюрьмы..."
В украинских патрульных другая ситуация: ежедневный стресс, хроническое переутомление и высокий риск для жизни, невысокая зарплата и отсутствие медицинского страхования. ледовательно, едва ли не единственная настоящая реформа, которой гордилась и власть, и общество, превращается в разочарование. И на радость тем, кто зарабатывает на жизнь, нарушая законы.
Напомним, 11 марта министр внутренних дел Арсен Аваков назначил заместителем главы Национальной полиции Вячеслава Аброськина.
Кто мы такие: О нас и Контакты. Как мы пишем новости и наши принципы: Редакционный кодекс. Мы старались, если вам понравилось – задонатьте.
Если Вы заметили орфографическую ошибку, напишите нам.