19 июня украинские дроны ударили по железнодорожному мосту в Крыму – продолжение серии атак на переправы, связывающие полуостров с материком. Удары по логистике должны лишить российскую группировку топлива, боеприпасов и подкреплений; министр обороны Украины Михаил Фёдоров сформулировал цель коротко: "Крым превратится в остров". Но за военной тактикой стоит вопрос политический: можно ли вернуть территорию, которую Россия годами удерживает как опорную точку? За тридцать с лишним лет таких плацдармов прецедент есть только один.
Об этом пишет Телеграф.
Москва собирала такие точки опоры на постсоветском пространстве с начала 90-х: Приднестровье – с 1992 года, Абхазия и Южная Осетия – после войны 2008-го, Крым и часть Донбасса – с 2014-го, Карабах – с 1991-го, где после Второй карабахской войны 2020 года российское присутствие закрепили "миротворцы". Схема везде одна: затяжной конфликт, который Россия разжигает и использует, лояльные Кремлю функционеры на местах, собственный воинский контингент как страховка. За тридцать с лишним лет эта система дала сбой лишь раз – в сентябре 2023 года, когда Азербайджан за сутки вернул себе Карабах, лишив Москву её плацдарма.
В Карабахе Россия отвела себе роль незаменимого арбитра, и до поры она казалась несокрушимой. Трёхстороннее соглашение ноября 2020 года давало Кремлю право держать в регионе до двух тысяч военных, а ключевые посты в непризнанной "НКР" занимали люди, напрямую связанные с Москвой. В 2022-м её "госминистром" стал "кошелёк Путина" Рубен Варданян – миллиардер, прежде возглавлявший "Тройку Диалог", через которую, по расследованию OCCRP, годами шли непубличные платежи близким к Кремлю фигурам. Назначение читалось однозначно: Москва не уходит, а укореняется.
Развязка наступила быстро. 19–20 сентября 2023 года азербайджанская армия за сутки сломала сепаратистскую оборону, "НКР" объявила о самороспуске, а её руководство вместе с Варданяном оказалось в бакинском СИЗО. Российские миротворцы не вмешались и в июне 2024-го досрочно ушли. Россия настолько ослабла и растеряла рычаги влияния, что даже Ереван, давний союзник Москвы, начал сближение с ЕС.
Для Украины здесь важен политический урок. На Западе прочно сидит идея, что время работает на оккупанта: чем дольше длится контроль, тем труднее его оспорить. Карабах эту логику опровергает – тридцать лет статус-кво не сделали чужой контроль ни легитимным, ни необратимым, и он рухнул за сорок восемь часов, едва появились политическая воля и силовой ресурс. Крым в этой рамке – не уникальный случай, а очередная точка в ряду российских плацдармов, от Приднестровья до Южной Осетии. И если карабахский плацдарм оказался обратим, нет причин считать необратимым крымский.
Кто мы такие: О нас и Контакты. Как мы пишем новости и наши принципы: Редакционный кодекс. Мы старались, если вам понравилось – задонатьте.
Если Вы заметили орфографическую ошибку, напишите нам.