"В провокации против Микитася, который предлагал достроить метро в Днепре – "взятку" просто нарисовали", – экс-член Высшего совета правосудия Фомин

"Дело о рекордной взятке сфальсифицировано, и мы это докажем. В провокации против предпринимателя Максима Микитася, который предложил достроить метро в Днепре, "взятку" просто нарисовали. Чтобы избавиться от него. И это возмущает", — поделился своим видением в интервью ua.news экс-член Высшего Совета Правосудия Игорь Фомин. В ответах для СМИ юрист сделал несколько новых заявлений о сути тех событий и резонансном деле Филатова - как "рисовали" взятку и что на самом деле стоит за разпиаренной "рекордностью".

Фомин утверждает: "Строительство метро было насущной потребностью города Днепр. Генподрядчик сбежал из-за войны, строительство остановилось, был нужен новый контракт с ЕБРР. Никитася к мэру направили сами чиновники, профильные заместители Филатова - может, у них так заведено в Днепре, что на все нужно получить разрешение "хозяина". А те слова Филатова насчет обещанных денег - чистая инсинуация! Какие еще ему миллионы? Нет контракта, нет финансирования Банка, не определены подрядчики и контролеры - да вообще еще неизвестно, согласится ли тот Банк финансировать строительство в прифронтовом городе! А даже получив финансирование, нужно выполнить все оплаченные Банком работы, а не воровать деньги, чтобы "дарить" их мэру. Чистый бред!"

"А это? Факт: Филатов обратился в НАБУ еще до активных живых переговоров с Микитасом — в суде он свидетельствовал, что "интуитивно чувствовал, что ему будут предлагать незаконное вознаграждение". Чистая провокация, как по мне. Не нравится тебе Микитась - не встречайся с ним, не имей с ним никаких дел, тем более, если уверен, что у него нет шансов получить договор с ЕБРР", - так Игорь Фомин прокомментировал механизмы провокации в громком деле Филатова.

Напомним, в октябре 2022 года Украину всколыхнуло широко распиаренное заявление детектива НАБУ о якобы "крупнейшей взятке" в истории страны – речь шла о 22 миллионах евро. Масштаб афишируемых заинтересованными сторонами сумм и якобы причастных лиц вызвал тогда значительный общественный резонанс. В СМИ живо обсуждали, по версии тогдашних спикеров, "безумные деньги", которые бывший нардеп и столичный строитель Максим Микитась якобы мог предлагать чиновнику из Днепра – мэру Филатову за достройку метрополитена в городе. Взгляды на ситуацию, медийные и экспертные оценки тогда заметно различались.

Время прошло и, как утверждают участники процесса, почти через три года тщательных расследований и исследований в судебном процессе сейчас уже можно говорить о полной картине тех событий.

Игорь Фомин утверждает: "Господин Филатов — это единственный свидетель, который обвиняет Максима Микитася в предложении незаконного вознаграждения. Как по мне, сам факт того, что Филатов является власть имущим Днепра, никоим образом не придает этим показаниям какую-то дополнительную юридическую силу. Показания этого свидетеля в суде заставляют сторону защиты (даст Бог и суд) смотреть на эти объяснения с недоверием. Так, непосредственно в суде господин Филатов менял свои показания по существенным обстоятельствам, уклонялся от вопросов защиты, провозглашая нормы права, которые позволяют ему отвечать не по существу заданного вопроса, в том числе о так называемом "понятийном соглашении", которое сторона обвинения считает доказательством. Сначала он свидетельствовал суду, что это соглашение предложил Микитась, однако далее был вынужден признать, что именно он предпринял все возможные действия, чтобы заставить Микитася составить хоть какой-то документ, чтобы в дальнейшем следствие могло бы использовать его в качестве доказательства вины...".

Сторона защиты утверждает, что "дело полностью и умышленно сфальсифицировано. Вывод основан на следующих фактах: Микитася к этому проекту строительства метро в городе Днепре привлекли представители субподрядчика компании "Метрострой" и сами заместители городского головы Днепра. Максима пригласили как компетентного и опытного в вопросах сотрудничества с Единым банком реконструкции и развития (ЕБРР) специалиста. И именно заместители мэра направили его к Филатову. Чиновник самостоятельно записал первый телефонный разговор с Микитасем на свой мобильный телефон, фиксировал все сообщения в сети WhatsApp - еще ДО первой живой, офлайн, встречи. В суде под присягой Филатов подтвердил, что, по его мнению, человеку с репутацией Микитася вообще невозможно получить средства в ЕБРР. Далее, по его показаниям, он обращается к своему знакомому - скандально известному, уже бывшему сотруднику НАБУ Станиславу Браверману. Тот мчится из Киева в Днепр и составляет протокол сообщения о преступлении. Именно там впервые и появились десятки миллионов евро, якобы предложенные мэру. Филатов передает Браверману свои записи разговоров и сообщений с Микитасом, которые и приобщаются к материалам производства. Филатов соглашается на негласное сотрудничество с НАБУ (становится их агентом!!), хотя это абсолютно недопустимо для адвоката, которым он постоянно называет себя даже в суде. Важно - прокуратура не использовала эти записи и SMS в качестве доказательства обвинения! Потому что имела на то две причины: такие записи являются незаконными, о чем бывший адвокат Филатов, как и сам Браверман, не могли не знать. Во-вторых, ни одного предложения неправомерной выгоды там не прозвучало. Эти записи в дальнейшем привлекла сторона защиты как доказательства, подтверждающие невиновность Микитася".

Игорь Фомин так описывает развитие событий: "На первую встречу чиновник Филатов пригласил Максима Микитася с делегацией подрядчиков, уже действуя как агент НАБУ. Сам на совещание не явился, направил своего секретаря совета и заместителей. Секретаря, предварительно с подачи мэра, вербует НАБУ и подключает к нему записывающие устройства. Филатов звонит Микитасю и говорит, что секретарь - его доверенное лицо, с ним можно разговаривать "как со мной". Однако "взятку" снова никто не предлагает. Более того, Максим звонит мэру, чтобы поблагодарить за профессиональную команду, которую ему делегировал Филатов: "Будем работать, ваше личное участие больше не требуется". Но "неожиданно" Филатов возражает: "Нет. Нам нужно встретиться вдвоем. Ты должен убедить меня лично!". Есть записи каждой встречи, каждого совещания. Каждая провокация планируется именно бывшим детективом НАБУ Станиславом Браверманом и выполняется Филатовым. То же самое происходит и с "понятийным соглашением". Мы бы никогда не узнали о нем, однако господину Браверману хватило ума дать интервью программе "Секреты НАБУ", где он сам рассказал об этом, что придумал "понятийное соглашение", написание которого, собственно, и инициировал впоследствии Филатов! Здесь нужно обратить внимание, что с заявлением Филатов обратился 5 сентября 2022 года, а время якобы предложения, даже по обвинительному акту - 18 октября 2022 года. Как это возможно?! Итак, почти два месяца они как могли провоцировали Микитася, выжимая из него хоть что-то, из чего можно было бы попытаться "нарисовать" преступление".

Адвокат подчеркнул: "Не нужно быть юристом, чтобы понять, что ЕБРР не выделяет деньги на взятки! Даже по обвинению предлагалось участие представителя города в компании, которая должна была получить часть финансирования. Безусловно, финансировали бы работы, а не взятки. Сам мэр, давая показания в суде под присягой, говорил, что Микитась хотел заставить его воровать деньги ЕБРР. Такое мышление у мэра города... - ну, так не воруй, кто же тебя заставляет?! Используй деньги по смете, - при чем здесь Микитась?! Знаете, просто имя Максима фигурировало во время борьбы с атаками рейдеров на Укрбуд и у некоторых тогда таки сложились предвзятые искаженные клише. Вот эту технологию и использует сейчас "система". Это влияние и прямое давление как на подозреваемого, так и на суд - раньше за такие вещи можно было получить приговор. Думаю, суд услышит нашу аргументацию о невиновности Максима. И тогда он сможет восстановить свою положительную деловую репутацию новыми успешными проектами, вроде того же его объекта "Укрытие" в Чернобыле, который он с командой построил как раз с помощью ЕБРР", - резюмировал экс-член Высшего Совета Правосудия.

Если Вы заметили орфографическую ошибку, напишите нам.