Ирина Кузина: почему антикоррупционные суды важны для судебной реформы, а качественного законопроекта нет?

Ирина Кузина, адвокат, руководитель Харьковского офиса ЮФ "Ильяшев и Партнеры" рассказала о важности законопроекта об антикоррупционных судах для судебной реформы.

Создание Высшего антикоррупционного суда предусмотрено частью 2 статьи 31 закона Украины "О судоустройстве и статусе судей". Поэтому заявление Генерального прокурора Украины Ю. Луценко о том, что он против его создания отдельно от Верховного Суда Украины, вызывают недоумение.

В Верховную Раду Украины народными депутатами внесен законопроект №6011 "Об антикоррупционных судах". Однако еще до опубликования соответствующих заключений комитетов его называют неконституционным не только по процедуре внесения, но и по содержанию.

Действительно, законопроект содержит большое количество несоответствий как внутри себя, так и несоответствий Конституции и закону Украины "О судоустройстве и статусе судей". Некоторые недостатки смешные, например, не понятно, кто будет подписывать приказ об отпуске судьи Антикоррупционной палаты в Верховном суде.

По проекту №6011 Высший антикоррупционный суд будет рассматривать как первая инстанция дела, подследственные Национальному антикоррупционному бюро Украины. Внутри этого суда предполагается создать палату следственных судей (именно они будут давать санкции на обыски, взятие под стражу и такие действия, как прослушивание телефонных разговоров).

Законопроектом №6011 предусматривается создание Антикоррупционной палаты Кассационного уголовного суда Верховного Суда Украины (что, тоже является юридической ошибкой, ведь в действующей редакции Конституции этот суд называется "Верховный Суд"). Антикоррупционная палата будет иметь административную автономию и не будет подчиняться приказам и распоряжениям Председателя Верховного суда и Председателя Кассационной палаты. Автономия Антикоррупционной палаты доводится до максимума – для судей есть ограничения по участию в судейском самоуправлении, и в состав Большой палаты или Пленума Верховного Суда они входить не будут.

Дальше комментировать законопроект сложно, потому что возникают вопросы по предложенной структуре. Предусмотрено, что внутри Высшего антикоррупционного суда создадут апелляционную палату (подпункт 4 части 1 статьи 3 законопроекта). Однако предложенные изменения в часть 9 статью 31 Уголовного процессуального кодекса Украины таковы, что Антикоррупционная палата Кассационного уголовного суда Верховного Суда будет рассматривать уголовные производства в апелляционном порядке.

Тогда зачем создается апелляционная палата в Высшем антикоррупционном суде? Можно предположить, что для рассмотрения апелляционных жалоб на определения следственных судей. Но закон не должен заставлять юристов "догадываться" о его содержании, ведь надлежащее качество закона – тоже относится к правам человека.

Кассационный пересмотр дел будет производится Большой палатой Верховного Суда. Тогда для чего было вводить такую жесткую административную автономию Антикоррупционной палаты?

Интересно, что об административной автономии апелляционной палаты в составе Высшего антикоррупционного суда не сказано ни слова. К слову, предложение Генерального прокурора Ю.Луценко вообще исключает возможность пересмотра приговора по тяжким коррупционным преступлениям – не только в кассационном, но и в апелляционном порядке. Это противоречит как подпункту 8 части 2 статьи 129 Конституции, так и статье 2 Протокола №7 к Конвенции о защите прав человека и основоположных свобод.

Достигнет ли законопроект цели – обеспечения независимости судей, рассматривающих уголовные дела в сфере коррупции? Достаточно ли одной сепарации структуры антикоррупционных судов от остальной части судебной системы.

Да, действительно лучше, если дело обвиняемого, например, судьи не рассматривается судьями того же суда. Но можно было бы и передать дело в другой суд, другой регион.

Не большее ли давление на судей (чем коллеги по цеху) оказывают правоохранительные органы своими действиями (внепроцессуальное общение, угрозы уголовными производствами) и бездействием (в отношении неуправляемых "активистов", например)? Или политики, позволяющие себе публичную травлю как обвиняемых, так и судей в СМИ? Или фактическое отсутствие физической охраны у судей?

Что касается профессионализма судей, то эту проблему можно было бы решить введением специализации судей в составе существующих судов.

Жалобы Директора НАБУ Артема Сытника на судебную волокиту вследствие нагрузки на судей малообоснованны, ведь судьи обычно назначают судебные заседания по резонансным делам часто и в ущерб другим производствам. Если волокита и существует, то ее причины следует искать в другом.

В общем, на сегодня имеем единственный законопроект об антикоррупционных судах, внесенный по сомнительной процедуре (не Президентом Украины) и возмутительного качества с точки зрения юридической техники.