Светлана Игоревна, расскажите, какую роль сегодня играет Кинологическая служба Национальной полиции в Украине?

Кинологическая служба сегодня задействована во всех подразделениях Национальной полиции Украины. Мы работаем со следствием, помогаем искать преступников, работаем с уголовным розыском, входя в уголовный блок. Работаем также с патрульной полицией, стоим на блокпостах, работаем с ювенальной полицией, участвуем в мероприятиях с детьми. То есть у нас проводятся различные мероприятия. Работаем с ветеранами. У нас реализуется проект эмоциональной поддержки военнослужащих, полицейских и членов их семей. Собака становится терапевтом и помогает раненым бойцам ментально. Это абсолютно новый проект с начала полномасштабной войны. Мы задействованы почти везде: блокпосты, поиск наркотиков, обыски. У нас есть собаки спецподразделения "КОРД", которых мы обучаем для участия в специальных операциях по задержанию особо опасных преступников, когда собаку применяют для задержания. Тем самым мы можем спасти полицейского или еще кого-то, кто задействован в операции. Спектр действия у нас самый широкий из всех подразделений Национальной полиции.

Сколько в кинологической службе собак и задействуют ли их ежедневно?

У нас 890 собак, и в каждой области есть кинологический центр. Сотрудники кинологического центра находятся на суточном дежурстве. При поступлении сообщения о том, что потерялся ребенок, кинологи выезжают на место и приступают к работе. Параллельно может поступить сообщение о неотложном обыске, и нужно искать наркотики или взрывчатку. Каждый день у нас разные задачи, и мы иногда не знаем, что нас ждет.

Как долго нужно обучать собаку и того, кто готовит собаку? Трудно ли обучить собаку?

Собака учится всю жизнь. У нас есть кинологическая школа полиции, единственная в Украине, которая находится в Житомирской области. Собак, которых мы берем на службу, направляем туда на обучение (переподготовку) от одного до трех месяцев. Там они проходят подготовку и в конце сдают экзамены. Если собака сдала эти экзамены, то получает соответствующий сертификат о допуске к работе. Просто так собака не может поехать на выезд, приступить к работе, у нее должен быть такой сертификат. После этого собака заступает на службу и уже кинологи тренируют ее ежедневно. Но раз в 3 года этот сертификат нужно подтверждать. То есть раз в 3 года собака вместе с кинологом заново едет в эту школу, проходит обучение повторно и должна подтвердить сертификат. Собаки у нас работают до 8 лет, но если по состоянию здоровья и при наличии необходимых способностей она может продолжать службу, то собака может работать и 9–10 лет.

А что дальше происходит с собакой?

Есть несколько вариантов развития событий. Мы можем отдать собаку кинологу домой. То есть она списывается и снимается с баланса, и кинолог забирает ее себе на дожитие. Если кинолог в силу каких-то обстоятельств не может забрать ее домой, то мы эту собаку содержаем в кинологическом центре до ее физической смерти.

И принудительно вы не усыпляете?

Это запрещено. Есть только три случая для эвтаназии. Либо у нее болезнь, типа бешенства, и она представляет угрозу для людей, либо агрессия, и она может покалечить людей, либо у нее неизлечимая болезнь, она страдает, и никаким другим способом, кроме инъекции, нельзя улучшить ее состояние.

Были такие случаи?

Были случаи, когда застреливали собак. Еще до войны, в Бориспольском районе, собаки напали на мужчину и загрызли до смерти. Тогда люди застрелили этих собак. Почему так случилось? Предположительно, владелец оставил собак на приусадебном участке, не кормил их очень долго, и они каким-то образом выбежали с этой территории на улицу. Шел ребенок и мужчина, который во время нападения собак пытался защитить этого ребенка, но они его загрызли. А дальше собак застрелили.

Где вы берете собак? Очевидно, что не из приютов. Или все-таки бывает, что берете из приютов? Можно ли собаку из приюта научить тому, чему вы учите?

Из приютов мы собак не берем. У нас в полиции есть несколько питомников, то есть мы сами выращиваем собак и затем раздаем их нашим подразделениям. Во-вторых, нам помогают международные партнеры. При поддержке министра внутренних дел, главы Национальной полиции Ивана Выгивского и заместителя главы — начальника криминальной полиции Андрея Небитова нам удалось наладить контакты с международными партнерами, которые на протяжении последних трех лет нас поддерживают. Например, Фонд Говарда Баффета передал нам 184 подросших собак, то есть им было уже больше года. Это потому, что в начале полномасштабного вторжения мы ментально потеряли собак. Собаки не были готовы к таким обстрелам, они боялись громких звуков и отказывались работать. Просто не хотели. Поэтому мы потеряли более 100 собак ментально, и нам нужно было быстро их восполнить. Поэтому фонд Говарда Баффета передал нам собак, которых мы обучили, и теперь они работают. Но у нас есть собака-терапевт "Поля", которую на дороге нашла наша кинолог. Собаку сбила машина, кинолог ее забрала, вылечила, и сейчас Поля работает как канистерапевт.

Сколько времени нужно, чтобы научить собаку находить наркотики или взрывчатку?

Мы начинаем учить щенка с раннего возраста, с 2 до 9 месяцев. Это базовые навыки: носить ошейник, ходить на поводке. После этого собака отправляется в школу, имея базовое образование. После 9 месяцев она уже может работать.

Как ее учат на поиск наркотиков? Ей дают нюхать наркотические вещества или взрывчатку, когда речь идет о взрывчатке?

Да, именно запахи. Она должна понимать, что это за запах, и она должна его найти. Этот навык нужно постоянно поддерживать, проводить тренировки с собакой. Но есть нюанс. Если мы говорим о подготовке собак для спецподразделения "КОРД", то их нельзя обучать с такого возраста, как 9 месяцев. Речь идет уже о 1,5 годах. Речь идет об очень тяжелых психологических нагрузках для собаки.

С какими рисками сталкивается кинолог во время операций?

Наверное, как и каждый полицейский сегодня. Это угроза взрыва, обстрела, повторного обстрела или взрыва, угроза подрыва гранаты, стрельба во время задержания преступника. Кинолог рискует так же, как и каждый полицейский. У нас есть раненые кинологи и есть погибшие. Есть кинологи, которые погибли во время разминирования территории.

За время войны много потерь и среди кинологов, и среди собак?

Среди кинологов погибли четыре человека. Собак не так много. У нас было много раненых собак, но мы их вылечили, и они работают. Есть кинологи, которые перешли в стрелковые подразделения Национальной полиции Украины, Национальной гвардии Украины, Вооруженных сил Украины и числятся пропавшими без вести.

Как новые технологии помогают кинологической службе? Дронная составляющая, например?

Это интересная составляющая. У нас есть GPS-технологии и дроны, которые мы используем, также есть кинологические центры, оснащенные дронами с тепловизорами. Это нам очень помогает при розыске людей, которые заблудились. Дроны помогают в поиске таких людей на больших территориях.

Когда произошел обстрел и прилет ракеты или дрона, и под завалами находятся люди — там собаки работают?

В основном это направление Государственной службы Украины по чрезвычайным ситуациям, но мы им помогаем. Мы их обучаем. У них есть два вида поисков — поиск живых и поиск только что погибших. Это две большие разницы для собаки. Если человек погиб, то через 2 часа у него уже другой запах. Это уже труп, и собака должна искать труп. Для этого используются разные собаки. С начала полномасштабного вторжения мы столкнулись с этой проблемой — какую собаку применять? Мы можем искать и живых, и мертвых людей, но если мертвых, то это трупы от 3 дней. В ГСЧС до войны поиска трупов вообще не было, и мы начали совместно с ними готовить таких собак. Мы часто помогаем им. Недавно в Черниговской области после атаки сгорел дом, и месяц не могли найти одного человека. Но собака нашла труп под этими развалинами.

Находят ли собаки живых во время разбора завалов? Были ли такие случаи?

Были такие случаи, но я не могу сказать, что это исключительно работа собак. Это были совместные действия. В большинстве случаев это поиск трупов, к сожалению.

Может ли кинолог пожертвовать жизнью собаки, чтобы спасти человека?

Да. Для этого собака и учится. Для нас это больно, но мы понимаем, что жизнь человека ценнее.

Психологически собака более устойчива к стрессам, взрывам, выстрелам?

Мы для этого их и учим. Но те собаки, которые родились на прифронтовых территориях, они уже не реагируют на взрывы, выстрелы. В начале полномасштабного вторжения они не были готовы к такому. Бывало, что после сильного обстрела у собаки, которая находилась в вольере, останавливалось сердце. Мы пытаемся учить, но к ракетным обстрелам невозможно подготовить ни собаку, ни человека.

Как работают кинологи с собаками на прифронтовых территориях?

Там более строгие меры безопасности. Собак привлекают к поиску мин или взрывчатки только после того, как этот участок обследовали взрывотехники. Нет такого, как раньше, например, в Ираке, когда собака бегает по полю и находит взрывчатку. Сейчас невозможно так делать, потому что плотность заминирования и различные ловушки, которые устраивает Россия, не позволяют нам так работать. Методика подготовки собак, как в Ираке, в Украине не работает. Сначала работает взрывотехник, а потом только собака. Например, собака не может обнаружить растяжку, она не понимает, что это такое, и не услышит ее. Собака дорабатывает за взрывотехником и ищет больше мин, которые имеют пластиковый корпус, которые нельзя найти с помощью металлоискателя.

Какую самую большую партию наркотиков находила собака из кинологической службы?

В прошлом году собака обнаружила в Запорожье тайник с марихуаной весом 600 кг. Оперативники все проверили, все обыскали и ничего не нашли. Применили собаку, и на прилегающей территории она привела кинолога к стогу сена, где они оба провалились под сено — там было спрятано 600 кг марихуаны.

А на тяжелые наркотики как собака реагирует?

Ей все равно. Давайте я объясню, как мы готовим собак. Собака не ищет сам наркотик, мы не сажаем собак на наркотики, она их не ест. Это когда-то было во время Второй мировой войны, когда, чтобы быстро подготовить собак, их сажали на наркотические вещества. Мы действуем совершенно иначе. Собака ищет свою любимую игрушку, например мячик, она знает его запах, вот она его и ищет. Мы прячем этот мячик, а она его находит. Затем к мячику мы подкладываем то, что нам нужно, чтобы собака находила — героин, кокаин, марихуану, тротил. Собаке все равно, что именно. Но она уже начинает запоминать запах, который находится вместе с мячиком. Затем мы уменьшаем присутствие любимой игрушки, а дальше вообще убираем. И когда собака находит разыскиваемое вещество, она получает свой мячик. То есть она работает за свою любимую игрушку. Ей все равно, что искать, и она будет это искать и находить.

Как вы задействуете собак для профилактики правонарушений?

Сейчас вместе с полицией Дании мы прорабатываем механизм подготовки патрульных собак для профилактики групповых правонарушений, когда собака своим поведением может помочь в нейтрализации наиболее агрессивных правонарушителей. В Европе так происходит, но мы работаем, чтобы в будущем иметь таких собак.

Участвуют ли собаки в следственных действиях? Когда нужно найти следы преступника или преступления.

Да, действительно. Это одно из наших главных направлений. Это розыскные собаки, которых у нас больше всего. Если произошло убийство или кража и на место преступления выезжает следственно-оперативная группа, то она знает, что нужно дождаться служебную собаку. Туда никто не должен заходить, чтобы собака обследовала место происшествия, взяла след и повела за преступниками. Буквально недавно в г. Сумы собака помогла раскрыть убийство. Собака взяла след, привела к дому, а дальше оперативники доработали и задержали преступника. Есть еще одно направление нашей работы — одорология. Это собаки, которые идентифицируют по запаху. Это больше касается работы Научно-исследовательского экспертно-криминалистического центра Министерства внутренних дел Украины. Такие собаки есть в Винницкой и Житомирской областях.

Два года назад во Львове убили Ирину Фарион. И там задействовали собак, которые работают по следам и запахам. Таким образом установили подозреваемого….

- Во Львове у нас есть кинологический центр, и там работали львовские кинологи. Они выезжали на это место происшествия. Собака взяла след и повела. Оперативники установили с помощью этого маршрут, по которому двигался преступник. Собака указывает направление движения преступника и помогает оперативникам и следователям в раскрытии преступления.

Может ли собака по запаху идентифицировать или вывести на человека, если этот человек сидел на конкретном месте, например на скамейке? То есть, собака понюхала запах со скамейки, а потом ей показали фигурантов и она по этому запаху вывела на конкретного фигуранта, который там был?

- Да. Если, например, мы нашли шапку, и если поставить 10 человек, то собака выберет именно того, кто ее носил. Профессионально и в качестве доказательства в уголовном производстве это делает Винницкий НДЭКЦ. У них есть собаки-одерологи, которые берут этот запах, обнаруженный на месте преступления. Например, шапка. Она специально законсервирована и сохраняет этот запах десятки лет. И потом у нас через 10 лет появился подозреваемый. Как доказать, что именно он совершил это преступление? Берут трех собак, специально обученных, и каждая из них должна одинаково указать на этого фигуранта. Тогда это является заключением, которое является доказательством в уголовном производстве.

Какие породы преобладают в кинологической службе?

Преобладают немецкая овчарка и бельгийская овчарка. Но у нас есть еще и лабрадоры, голландские овчарки, кокер-спаниели, охотничьи собаки.

Почему преобладают "немецкие" и малинуа? Они от природы лучше тренируются и обучаются?

Они легче поддаются дрессировке. Если взять немецкую овчарку, то это очень умное животное, которое может работать в любую погоду. Размер собаки иногда имеет значение. Например, для работы со спецподразделением "КОРД". В то же время маленькие собаки очень хорошо ищут взрывчатку в транспорте или наркотики. Они маленькие и могут залезть в любое отверстие. Например, во время досмотра на блокпосту.

Какие у вас есть нестандартные породы собак?

- Ягтерьеры, швейцарская овчарка, ротвейлеры.

А такие как чихуахуа?

Они не поддаются дрессировке. Таких у нас нет. Собака должна хотеть работать, а эти собаки хотят только на диване лежать или есть. У нас очень жесткий отбор собак с самого детства. Если у нас родилось 6 щенков, то для работы могут подойти только три. У каждой собаки свой характер. Одна может быть ленивой, а другая трудоголиком. Почему у нас так распространены малинуа? Они очень активны и трудоголики. Это собака, которая не может сидеть на месте, а нам это подходит. Ведь нам нужно, чтобы собака выдерживала большие нагрузки.

А служебных собак кастрируют или стерилизуют? Влияет ли это на работу?

В Европе распространена химическая кастрация. Лично я против этого, потому что у этих собак потом возникают дополнительные проблемы со здоровьем. Страдают различные органы. Мы не кастрируем и не стерилизуем, если нет медицинских показаний, или если это не влияет на работу собаки, или если собаки очень любят, как лабрадоры. Возможно, в таком случае нужно проводить хирургическую кастрацию. Или если собака трудолюбивая, тогда мы стараемся максимально ее размножить, чтобы получить хороших щенков. И еще, не каждая собака подойдет для размножения.

Как собака реагирует на оружие? Чувствует ли она, у кого есть оружие, и может ли найти оружие у потенциально опасного человека в толпе, например, у террориста в автобусе с пассажирами?

Мы для этого обучаем собак. Все наши тренировки построены на реальных ситуациях. Когда собака сдает экзамен, то это те ситуации, которые реально могут произойти в жизни.

Недавний теракт в Голосеевском районе Киева. Можно ли было в том случае задействовать служебных собак для нейтрализации террориста и освобождения заложников?

Это скорее вопрос к спецназовцам "КОРД", которые в данном случае принимали решение. Я видела, что собак там не задействовали, и я, как кинолог, понимаю почему. Во-первых, не было прямого доступа к преступнику и не было видно, где он, а собака бегала бы по магазину, и в этом случае могли бы пострадать люди, находившиеся в заложниках, потому что собаке не объяснишь в той ситуации, что она должна укусить именно того человека, а не другого. Когда мы применяем собаку, то между собакой и преступником не должно быть посторонних людей. Собака может переключиться на другого человека, поэтому нам важно, чтобы был прямой доступ к человеку и не было посторонних. Но есть один интересный момент, который мы заметили: собак важно учить кусать не только мужчин, но и женщин в равной степени. Первые собаки для работы с "КОРДом" у нас появились не так давно — в 2019 году, и собаки не хотели кусать женщин.

А почему?

У них так устроена психика. Женщина пахнет по-другому, возможно, что в собачьей жизни женщина играет положительную роль. И так же мы приучаем собак кусать и женщин.

Сколько обходится одна собака в день? То есть содержание одной собаки кинологом?

Если мы просто посчитаем по кормлению, то это мешок корма — 3000 гривен в месяц, то есть 100 гривен в день. Но собака может заболеть. Тогда содержание будет дороже. Кроме того — ветеринарное обеспечение обязательно. У нас все собаки вакцинированы. Одна собака может не болеть вообще, а другая — постоянно находится в клинике. Если взять по минимуму, то я думаю, что это 500 гривен в день.

Как вы считаете, на уровне общества Кинологическая служба достаточно оценена или недооценена?

Я считаю, что недооценена, хотя за последнее время уровень Кинологической службы сильно вырос, потому что раньше кинологов называли собаководами или спрашивали, снимаем ли мы кино. Но благодаря СМИ люди узнают, чем занимаются кинологи и какую пользу приносят обществу. А собаки — это всегда положительный имидж. Ну как можно не любить собак? Это единственное существо в мире, которое ждет тебя и любит тебя при любых условиях.

В ГСЧС есть пес Патрон. А у Кинологической службы какая самая известная собака?

У нас их так много, что выделить одну невозможно. Но мы каждый год входим в число номинантов на звание лучших собак, которых выдвигает Кинологический союз Украины. Это лучшая собака по поиску наркотиков, по поиску взрывчатки, по поиску людей. Наши собаки занимают первые места на соревнованиях, но сказать, что есть одна собака, которая все делает...

Ну, у вас есть какой-то комиссар Рекс?

У нас есть "Лекс". Он еще молодой, но красивый пес. У нас есть красивые собаки, а есть трудолюбивые. Рабочие собаки не всегда красивые. Лучшая наша собака по поиску наркотических веществ — Аид, который трижды был чемпионом среди всех правоохранительных органов. Для меня все наши собаки — лучшие.

А у вас есть собака дома?

Нет, моя собака умерла, а я живу в квартире и часто нахожусь в командировках. Мне здесь собак хватает, поэтому у меня есть кот, который может сам посидеть дома. Наверное, из-за того, что я кинолог, понимаю, сколько времени нужно уделять собаке. Когда собака одна дома — это непрофессионально. Выйду на пенсию и будет у меня частный дом, тогда заведу. Собакам нужно пространство, им нужно бегать.

Что бы вы посоветовали владельцам собак, которые держат в квартирах крупные породы?

Если мы говорим о крупных породах собак, таких как немецкая овчарка или бельгийская, то их нужно держать на улице. Если мы говорим о декоративных породах собак, то в помещении. Для взрослых собак обязательно должна быть территория, где они могут побегать.

6 мая состоялось заседание Комитета, на котором рассматривался ряд законопроектов, в том числе законопроект №15111-д о налогообложении электронных платформ и изменениях в Налоговом кодексе №15112 и Таможенном кодексе (поправки в №12360) об отмене льготы в 150 евро на международные посылки. Что принципиально изменилось в этих документах ко второму чтению и каковы перспективы их принятия парламентом?

Я бы не сравнивал первое чтение и второе чтение. Я бы сравнивал то, что мы получили от Кабинета Министров, и то, что готовится к рассмотрению в зале парламента во втором чтении. Это разные, абсолютно разные документы. То есть они вообще о разном.

Мы, оставив саму идею имплементации директивы DAC7 Европейского Союза, я имею сейчас в виду платформы, мы полностью по-другому ее прописали с учетом пожеланий бизнеса и с учетом того, чтобы люди, получающие доходы от цифровых платформ, были как можно меньше вовлечены в какие-либо бюрократические налоговые процедуры.

Мы возложили обязанность по администрированию этого налога на сами платформы, мы убрали спецсчета, открытие которых предусматривалось в правительственном варианте законопроекта. Также мы разрешили пользоваться платформами ФЛП, любым самозанятым лицам, мы ввели льготу в размере 2000 евро при продаже товаров и значительно упростили отчетность для цифровых платформ.

То есть мы создали абсолютно нормальный, простой, действенный механизм, который позволит нам, с одной стороны, выполнить требования МВФ и Европейского Союза, а с другой — упростить администрирование налога в сфере работы цифровых платформ и снизить ставку.

Это очень важно. Потому что, когда комментируют это решение, то говорят о каком-то налоге на OLX. Это неправда, потому что это не налог на OLX. Это закон о льготной ставке на продажу товаров до 2000 евро и о ставке на продажу товаров свыше 2000 евро, если речь идет о простых физических лицах.

Если говорить о посылках, то этот документ также полностью изменили. Против этого законопроекта выступали почтовики, но весь остальной бизнес поддержал его.

Нам удалось договориться с почтовиками о такой упрощенной процедуре администрирования налогов, при которой получатель посылки вообще не будет никак вовлечен в процесс оформления этой посылки. Он будет платить налог либо при расчете с маркетплейсом, либо в цене товара, когда будет получать товар от почтовика. Все остальное за него сделают почтовые службы или маркетплейсы.

Будем принимать именно эти документы.

На прошлой неделе ВСК по делу "Миндич-гейт" рассмотрела вопрос об участии "Сенс-банка" в незаконных операциях в сфере игорного бизнеса. Как так получилось, что Нацбанк "не видел" этих операций? Насколько масштабной может быть в целом эта схема?

Это самая большая интрига этого дела. С одной стороны, Национальный банк принимает беспрецедентные меры финансового мониторинга и правильно реагирует на нарушения со стороны тех или иных лиц.

А здесь огромный государственный банк, в котором на руководящие должности были назначены сомнительные лица, к которым есть вопросы. Затем этим лицам удалось организовать схему легализации средств, полученных преступным путем. Масштабную схему.

И это не только об азартных играх, кстати. Там же азартные игры – это только один из моментов. А после этого Национальный банк, и это вообще меня шокирует, пришел на проверку в "Сенс Банк" в конце 2025 года и не обнаружил нарушений.

И схема продолжила действовать и дальше в 2026 году. И только Генеральная прокуратура своими обысками и уголовными делами сейчас пресекла эти злоупотребления. Это настолько показательный кейс, который бросает тень непосредственно на репутацию Национального банка, что он должен получить и юридическую, и политическую оценку.

Я не исключаю кадровых решений.

БЭБ в последнее время как будто чаще проводит обыски и демонстрирует активную работу. Действительно ли изменилась ситуация и глава бюро взялся за работу, или борьба с "тенью" так и не ведется?

Послушайте, с одной стороны, я пока не слышал ни об одном случае, когда бы кто-то обвинял обновленное БЭБ в взяточничестве. Не слышал. Я считаю, что это позитив.

Поэтому неспособность решить проблемные вопросы с пресечением очевидных преступлений я связываю с недостатком компетенций. К сожалению, вместо того, чтобы эти компетенции приобретать, совершенствовать и развивать, обновленное БЭБ пошло по пути создания параллельной реальности.

Это такой себе "Миша Федоров"-стайл – когда ты на самом деле ничего не делаешь, но в презентациях, в докладах из уст звучит, что ты абсолютный победитель. И это очень ошибочная практика.

Мы видим сейчас уже по Минцифры, мы видим по Министерству обороны, к чему это приводит. Если взять кейс "бусификации", или если взять кейс игришки в Минцифры, или электронный акциз, то реальность настигает. Она в любом случае настигает. И это то, что мы видим в БЭБ.

Потому что в октябре прошлого года я обратился в БЭБ по поводу сети "МаркетОпт". Обратились мы по конкретному кейсу, предоставили конкретные доказательства. Что произошло дальше? Дальше мы в 2026 году видим обыски в сети "Ябко", видим обыски в "МаркетОпте". Причем все очень громко с разгоном этих новостей по телеграм-каналам-"миллионникам". Я не знаю – откуда у них деньги на это. Это очень интересная вещь. Эти же каналы не берут деньги за размещение рекламы безналичным. И я вообще не знаю, есть ли такая статья расходов в БЭБ – "на рекламу собственных расследований". Это было бы интересно.

Так вот, мы видим эти объявления, потом идем на точки этих компаний и оказывается, что они работают так же, как и раньше. Для государства последствия не очень отличаются – будь то некомпетентность человека или то, что он ворует на этом. И в первом, и во втором случае государство не получает налоги.

Скоро мы будем проводить заслушивание БЭБ. И, собственно, будем разбираться по каждому из тех кейсов, которые направлялись комитетом в БЭБ. Это касается и автозаправочных станций, это касается и сети по продаже ювелирных изделий и т. д.

Я же не требую приговоров – это вопрос суда, а лишь прекратить преступление. И, собственно, вот такая бездеятельность правоохранительных органов и старого БЭБ, и обновленного уже БЭБ является первопричиной этого жесткого требования МВФ о налогообложении ФЛП.

Президент недавно посетил Ереван. Перед этим он был в Азербайджане. Насколько, по Вашему мнению, страны Южного Кавказа важны для нас с экономической точки зрения? Можно ли говорить о расширении влияния Украины на страны Западной Азии?

Что касается геополитической составляющей этого визита. Между Арменией и Азербайджаном долгое время был конфликт. Военный конфликт, длительный конфликт, выгодоприобретателем которого была Россия. И, собственно, то, что им удалось его прекратить, подписать мир, возможно, мир тяжелый, который не всем понравился, но, собственно, это произошло. И Армения сегодня является стабильной, мирной страной, которая принимает у себя крупный саммит лидеров европейских государств. Это свидетельствует о том, что этот кейс очень удачный, и для нас этот опыт стоит того, чтобы его изучать.

Также мы заинтересованы в развитии разнопланового сотрудничества со всеми странами Южного Кавказа — и политического, и экономического, и культурного, и любого другого. Мы стремимся развивать и торговые отношения с ними. Но проблемой №1 с начала войны, бесспорно, является логистика, потому что поставки по Черному морю опасны, а сухопутные пути длинные и дорогие. В то же время это не означает, что мы не должны расширять эти связи.

С другой стороны, я бы не применял термин "расширение влияния Украины" на какие-то другие страны, потому что, на самом деле, это имперская логика, и она уже точно уходит в прошлое. Она соответствует тем странам, которые до сих пор считают себя империями и, возможно, таковыми и являются. Я здесь не говорю исключительно о Китае или России. Я говорю также и о Соединенных Штатах.

Упомянутые Вами визиты оцениваю положительно и хочу обратить внимание на беспрецедентную, скажем так, сильную позицию Президента в международных отношениях. Я считаю, что он самый сильный в международном треке из всех президентов, которые у нас были.

Недавно президенты Европейского совета Антониу Кошта и Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен, комментируя информацию о возможном ассоциированном членстве Украины в ЕС, заявили, что процесс вступления в Евросоюз основан на заслугах и соответствии критериям, в том числе в отношении проведения всех необходимых реформ. По вашим оценкам, сколько реформ еще нужно провести Украине, и каких именно, чтобы мы наконец стали полноправными членами ЕС? И есть ли у нас на это время?

В Евросоюзе ведутся различные дискуссии о членстве Украины. Я категорически против каких-либо конструкций относительно "частичного", "ограниченного", "символического" членства. Это все от лукавого и это, с одной стороны, говорит о создании определенной иллюзии, того, что не соответствует действительности.

Имитации, да. Это определенная имитация.

А с другой стороны, это разделение членов ЕС на касты, чего мы также должны избежать, и точно ЕС должен быть объединением равных.

Если говорить о том, что мы должны сделать, чтобы провести реформы, то правительство оценивает объем работы примерно в 300 евроинтеграционных законов в различных сферах, которые мы должны принять. 6 мая вице-премьер докладывал нам на комитете о тех законах, которые должен рассматривать наш комитет.

И я убежден в том, что мы не можем медлить с их принятием или создавать какой-то гиперзаконопроект, в который будут включены все-все те документы, которые нам нужно принять. Нужно как можно быстрее разрабатывать тексты, направлять в Верховную Раду. Мы будем присоединяться. Но мы не должны растягивать это на 10 лет, как мы слышим от некоторых "оценщиков" наших евроинтеграционных перспектив.

У нас нет на это времени вообще. Мы получили бенчмарки по всем разделам переговорной рамки, сейчас мы должны формально открыть переговоры. Но это не означает, что мы должны ждать с принятием соответствующих законопроектов. Мы включим турборежим в Верховной Раде. Мы все готовы. Причем я сейчас говорю даже от имени оппозиции, на что формально не имею права.

Я убежден в том, что оппозиция также готова к турборежиму, чтобы мы приняли все евроинтеграционные законы. Поэтому здесь нужно, с одной стороны, Кабинету Министров работать быстрее, с другой — некоторым нашим политикам прекратить играть в популизм. Надо работать на страну, а не "играть на себя".

Кредит Украине на 90 млрд евро наконец разблокирован. Хватит ли этих средств на 2 года? Если нет, то сколько еще потребуется и где можно будет взять недостающую сумму?

Мы уверенно смотрим в 2026-й и 2027-й год и понимаем, что при нынешнем сценарии развития событий денег хватит. Но кроме того, мы должны работать над детинизацией экономики. И это, кстати, является одним из требований Европейского Союза и МВФ.

Рада проголосовала в 19-й раз за продление военного положения. По вашим оценкам, можно ли надеяться, что это было последнее такое голосование?

Несмотря на некоторое охлаждение в переговорах, которое мы наблюдаем, я продолжаю верить в то, что мы достигнем мира в этом году. К сожалению, это вопрос веры, а не знания. Такое убеждение у меня есть, исходя из нескольких факторов, которые влияют на позицию агрессора в мирном процессе. Одним из таких мотивов являются выборы в Государственную Думу, которые состоятся в сентябре.

Бесспорно, властям РФ выгодно продать избирателям победу и мир. И это укрепило бы их позицию, а также дало бы возможность вялой, ограниченной оппозиции, которая существует даже внутри самой власти, поднимать вопрос о мире, который с каждым днем становится все более популярным в РФ.

Поэтому с этой точки зрения мне кажется, что им также было бы выгодно договориться на каких-то условиях с нами и заключить мир.

Тем более что такие же события происходят в Соединенных Штатах. Я имею в виду промежуточные выборы. И это также является одним из мотивов для РФ заключить мир. Потому что, наверное, у России не будет такого мощного понимания своей позиции со стороны демократов, какое она имеет со стороны сторонников Трампа.

Поэтому эти факторы склоняют меня к моему прогнозу о том, что мир будет в 2026 году.

В прошлый раз мы с вами говорили о пенсионной реформе, вы озвучили свои замечания по ней. Но за несколько месяцев тема как будто отошла на второй план. Продолжается ли работа в этом направлении и стоит ли вообще ожидать принятия реформы парламентом этого созыва?

Хотел бы обратиться к правительству с тем, что недопустимо дальнейшее откладывание решения вопроса о пенсионной реформе. Мы не выполняем свои обещания и обязательства перед людьми. Полторы тысячи гривен, которые раздали пенсионерам, — это неплохо, но это точно не альтернатива пенсионной реформе. И я убежден в том, что мы должны вынести на рассмотрение в зал этот законопроект, он должен появиться от Кабмина в зале. И я требую этого от правительства в очень жестких формах.

В обществе также активно обсуждается законопроект 14191 о семьях с детьми с инвалидностью. В первом чтении он был проголосован еще в конце прошлого года. Когда он может быть принят во втором чтении? В общем, напомните, пожалуйста, суть этого документа.

К сожалению, мы увидели документ, подготовленный ко второму чтению, который еще не прошел комитет. Но он, к сожалению, выхолощен в консультациях с Министерством финансов и Минсоцполитики, и из него убрали многое из того, что было в первом чтении. Начиная с привязки к минимальной заработной плате и заканчивая тем, что большинство услуг, предоставляемых семьям с детьми с инвалидностью, просто существуют в этом законе номинально, а не финансируются за счет государственного бюджета, чего мы требовали.

Это недопустимо. Я понимаю позицию Минфина, которая заключается в том, чтобы экономить деньги в условиях войны на всем. Но есть вопросы, на которых экономить мы не можем. Ведь это семьи с детьми с инвалидностью, это одна из самых уязвимых, социально незащищенных категорий людей, которые не могут прожить на 5 тысяч гривен пенсии, которая сегодня выплачивается. Они не могут прожить без элементарных услуг, которые предоставляются людям.

Я сейчас не говорю о полном оснащении квартиры за счет государства, как это происходит, например, в Германии. Потому что понятно, что мы ограничены в таких возможностях, все же реалисты, все понимают реалии. Но если мы говорим о двухнедельном отдыхе для родителей, которые постоянно в режиме 24/7 ухаживают за этим ребенком, если мы говорим об ассистенте, который должен быть обязательно предоставлен семье, то это must have.

Можно не финансировать кэшбэк, можно даже зимнюю тысячу не выдать, и ничего страшного в стране не произойдет. Но сейчас происходят страшные вещи.

Это свидетельствует о том, что мы должны от всего отказаться, если понадобится, а деньги направить для таких семей. Поэтому я буду настаивать на этом вопросе.

Закончился период декларирования доходов госслужащими. СМИ активно освещают декларации чиновников, и население видит довольно высокие зарплаты, а у некоторых служащих еще и немалые пенсии. Да и в целом, сейчас зарплаты в госорганах значительно выше средней по стране. Как считаете, не стоило ли бы в период войны как-то ограничить зарплаты госслужащих в тылу и направить эти средства военным?

Честно говоря, я не вижу в этом большого резерва. Но это вопрос даже не поиска дополнительных ресурсов. Это вопрос простой справедливости. Именно поэтому я вносил поправку в закон о государственном бюджете на 2026 год, которой предлагал ограничить выплаты всем чиновникам и наблюдательным советам суммой не более 80 тысяч гривен в месяц.

Я считаю, что это очень большая зарплата во время войны, и зарплата, на которую чиновник, для которого в условиях войны основной задачей является служение, а не зарабатывание, может перетерпеть и дожить до конца войны. Дальше уже решать, безусловно, можно, исходя из других оснований и возможностей. Но во время войны точно нужно ограничить заработную плату.

Я не поддерживал решение об увеличении депутатских выплат на 133 тысячи гривен. То есть депутатам добавили 133 тысячи гривен. Но в отличие от оппозиции в лице Дмитрия Разумкова, который широко критиковал это решение, я ежемесячно перечисляю 133 тысячи гривен воинским частям. И публикую об этом документы.

А все остальные, кто критиковал повышение зарплат депутатам, почему-то тихонько прибрали эти деньги и забыли о своей такой бескомпромиссной политической позиции.

Демографы говорят о том, что в Украине продолжает сокращаться численность населения, а в будущем страну ждет вторая волна миграции. Как с экономической точки зрения этому можно помочь? И не поздно ли?

Я не хочу никого шокировать, но на сегодняшний день возвращение к довоенному уровню демографически представляется невозможным. До войны у нас была демографическая ситуация, при которой не было положительной динамики. А во время войны ситуация, безусловно, еще больше ухудшилась. Поэтому демографическая ситуация является колоссальной проблемой для страны.

Как ее решить? Как остановить это? Пока нет мира, никто ничего с этой проблемой не сделает. Поэтому мы должны объединиться вокруг Президента и требовать от агрессора, от наших партнеров, которые, давайте будем откровенны, делают различные заявления о том, что нам нужно воевать до 2030 года. Это шокирующие заявления. И это является первым шагом для того, чтобы решить демографическую ситуацию. Далее нам нужно обеспечить возвращение наших людей. Первое – это наличие работы, второе – жилья.

Я убежден, что если будет работа, если будет жилье, мы сможем вернуть людей домой, потому что на самом деле не так уж и сладко им там за границей, и об этом многие говорят и хотят вернуться. Поэтому наших людей нужно возвращать. И мигранты никогда не станут альтернативой решению демографической проблемы, если мы хотим сохранить страну.

Я категорически против всех этих призывов к завозу мигрантов и наполнению нашего рынка труда за их счет. Я знаю, что, во-первых, далеко не все из них приезжают, чтобы работать. Мы это видим в Европе. И нам бы очень не хотелось, чтобы такое было у нас. А, во-вторых, разница в культуре колоссальная. Это другой мир, другая история, другая мифология, другая религия, другое мировоззрение.

И интеграция в нашу культуру произойдет в течение нескольких поколений. И поэтому у меня есть сомнения, что это будет дружественным для нас, для нашего народа, для наших людей элементом. Учитывая это, безусловно, я за жесткую миграционную политику.

В Украине возросло количество случаев применения оружия против гражданских лиц. По Вашему мнению, не пришло ли время рассмотреть вопрос легализации оружия? Готово ли к этому общество?

Давайте определимся с терминологией. У нас оружие легализовано. Мы говорим с вами о легализации скрытого ношения короткоствольного оружия. Если мы говорим об этом, то я против этого и не считаю это альтернативой решению вопроса безопасности. Безопасность в государстве – это то, что должно решаться государством.

Поэтому для меня очень странны заявления министра внутренних дел, который говорит, что давайте в связи с катастрофой на Демеевке откроем дискуссию о легализации оружия. У меня вопрос: не является ли позиция министра ожидаемой для общества реакцией на резонансное событие? Или кто-то забыл, что безопасность жизни, собственности, здоровья в государстве – это задача государства?

Здесь не может быть никакой дискуссии. И государство должно защитить, обеспечить реализацию этой функции независимо от того, легализовано ли оружие или нет. Это не взаимосвязанные вещи, но их нужно решать отдельно.

Государство, которое не может обеспечить прекращение нелегального рынка табака, которое не может взяться и прекратить контрабанду, не в состоянии позволить себе качественную систему разрешений на оружие.

Какие первоочередные шаги нужно будет предпринять в Украине для восстановления экономики после войны? И сколько лет нам может понадобиться для того, чтобы выйти на довоенный уровень? И что для этого потребуется?

Восстановление экономики должно продолжаться сейчас. И оно, собственно, уже продолжается. Единственное, что нужно, — это делать это быстрее и эффективнее. Поэтому это то, чем нужно уже заниматься. У нас очень много проблем с восстановлением, проблем, которые являются объективными.

Мы говорили с вами о демографии и низком потенциале на рынке труда для людей, ищущих работу. Это, бесспорно, препятствие для развития экономики. Бесспорно, война также препятствие для развития экономики, военные риски никуда не делись.

Но восстановление нужно начинать сейчас с тех решений, которые необходимы для того, чтобы мы, во-первых, привлекли инвестиции, а во-вторых, создали здесь реальный, привлекательный бизнес-климат для того, чтобы деньги пришли.

Это та самая таможня, та самая налоговая, тот самый БЭБ, которые должны не заниматься постами в Facebook, а бороться с "теневой экономикой". Это и суды, это и защита права собственности, это и полиция, отдельные представители которой должны не "крышевать" нелегальный табак, а заниматься своим делом по наведению порядка. Есть много открытых вопросов. И никто нам это сделать не мешает.

Второй вопрос — это евроинтеграция. Мы должны открыть для наших предприятий рынок Европы с 450 миллионами потребителей и должны сделать это как можно быстрее и работать над этим. Ну и также сюда можно отнести улучшение инфраструктуры. Речь идет и о логистике, речь идет и о государственных сервисах и обо всем том, что необходимо нам для восстановления.

О роли "Сида" и погружении в военную тематику

– Расскажите о своей роли в фильме "Киллхаус". Кого именно вы играете?

– В фильме я играю персонажа с позывным "Сид" – он командир роты ударных беспилотников Третьей штурмовой бригады. Это молодой, достаточно образованный и талантливый парень из военной династии. По сюжету, после гибели отца в одном из штурмов во время их совместной операции, он берет вину на себя, покидает армию и инновационную технологию дронов, которую разрабатывал как инженер.

Но ряд причин и его родной брат возвращают его обратно. Для него эта война становится максимально личной. Самое важное для Сида – не собственное выживание, а возможность защитить как можно больше жизней: гражданских, детей. Постепенно он участвует в спасательных миссиях совместно с СБУ и Главным управлением разведки и переосмысливает свою роль и ответственность.

– Приходилось ли вам играть военных до этого проекта?

– В конце 2022 года мы ставили спектакль о военном с ПТСР, который возвращается со службы и пытается адаптироваться к обществу, но у него не получается. Это был мой единственный опыт подобной роли до фильма.

– На площадке рядом с вами были действующие бойцы Третьего армейского корпуса, ГУР и СБУ. Как их присутствие повлияло на вас?

– Они нас очень поддержали с первого же дня. Я сильно волновался, мой партнер Сергей Стрельников тоже. Но с их стороны не было ни осуждения, ни высокомерного отношения, мол, "пришли актеры и притворяются, что они военные". Они подсказывали, направляли. Вместе мы создали такой условный мир, где военные играли с нами в эту игру, и от этого все работалось гораздо легче.

Дух братства, о котором часто говорят в Третьем армейском корпусе, я почувствовал еще на съемках. Это красивые люди – и мужчины, и женщины. Их жизнь и выбор вдохновляют. Эстетически их компания очень успокоила: я понял, что военная "тусовка" — это не только о чем-то страшном или трагическом, это о чем-то чрезвычайно достойном.

От съемок до призывного пункта: путь мобилизации

– Что стало тем последним триггером, после которого вы решили вступить в ряды ВСУ?

– Решение созревало постепенно. Это был комплексный процесс. Значительное влияние оказали очень близкие потери: мой друг пропал без вести, а другой коллега погиб. Что-то внутри переключилось. Как будто, пока они воевали, было время заниматься своими делами. А когда они ушли – пришло мое время.

Кроме того, на тот момент я уже достиг двух главных целей, которые ставил перед собой. В 2025 году я выпустил собственный спектакль "Человек-подушка" в Диком театре, а в 2026-м завершились съемки "Киллхауса". Я посмотрел налево, направо и понял, что в гражданской жизни для меня больше не осталось ни одного достойного дела. Я начал искать место, выбирать бригаду. После съемок я целенаправленно выбрал Третью штурмовую бригаду и батальон беспилотных систем.

– В фильме вы управляете дронами, а сейчас стали пилотом БПЛА. Как так сложилось?

– Это прямая связь. Готовясь к роли командира роты ударных дронов, я прошел обучение в Третьей штурмовой, тренировался дома на симуляторе, купил себе маленький дрончик и летал на нем. Когда мобилизовался, подавал заявку на пилота FPV. Но так сложилось с распределением, что я стал оператором тяжелых ударных дронов "Вампир".

– Как семья и коллеги отреагировали на то, что вы сменили творческую профессию на военную?

– С огромным пониманием и поддержкой. Отец сказал слова, которые идеально описывают реакцию близких: "У меня сердце разрывается, но я тебя очень поддерживаю". Никто не осудил. Я постоянно чувствую огромную поддержку: от теплых слов до помощи со сборами и пожертвованиями.

Актерский бэкграунд в военных реалиях

– Помогают ли вам сейчас навыки, полученные в кино и театре?

– Абсолютно. Во-первых, нас очень круто тренировали специалисты перед началом съемок: стрельба, передвижение, обращение с оружием, гранаты. Это дало хорошую базу.

А что касается самой актерской профессии, то она дает две чрезвычайно важные для армии вещи: гибкость психики и эмпатию. Актерство учит быстро адаптироваться к новым средам, обстоятельствам и ролям. А эмпатия необходима, потому что армия держится на людях: взаимодействие в подразделении, доверие к побратимам и командованию. Уметь находить общий язык, заводить друзей в стрессовых условиях — это критически важно.

Кроме того, актер постоянно осваивает новые навыки для разных ролей. Ты тренируешь оперативную память, чтобы постоянно учиться новому. Поэтому я не почувствовал какого-то острого кризиса от смены профессии.

– Даже актерская привычка к новым именам как-то резонирует с военными позывными?

– Да! В актерстве ты привыкаешь, что каждая роль — это новое имя. И позывной тоже придает тебе новые качества. Мой первый позывной "Данте" был таким собранным, точным, сдержанным. А мой нынешний позывной "День" — он легкий, простой.

– Какова ваша главная цель сейчас на службе? И планируете ли вы возвращаться в кино после победы?

– Я очень надеюсь, что после завершения службы у меня будет возможность, желание и благоприятные обстоятельства, чтобы вернуться на путь актера. А моя мотивация сейчас исключительно практическая: быть эффективным на своей позиции, выполнять поставленные задачи, беречь побратимов и постоянно совершенствовать навыки, необходимые для этого.

В его активе - победа на Golden Short Film Festival 2025 за картину "Don't Waste It", участие в рейтинговых проектах ReelShort и ShortMax, а суммарная аудитория его работ уже перешагнула отметку в 170 миллионов зрителей. Мы поговорили с актером о его пути за океан, специфике работы в американских сериалах и важности профессионального образования.

— Даниил, ваша история успеха в США выглядит впечатляюще, особенно цифры просмотров. Но начнем с истоков. Вы получили классическое украинское образование. Помогает ли школа Карпенко-Карого в американских реалиях?

— Безусловно. Я родился и вырос в Киеве, и именно Киевский национальный университет театра, кино и телевидения имени И. К. Карпенко-Карого дал мне фундамент. Это учебное заведение считается самой престижной и конкурентной актерской консерваторией в Украине.

Мне посчастливилось пройти интенсивную подготовку под руководством выдающегося режиссера Богдана Струтинского. Это была школа, где мы осваивали классическую технику, сценическое движение, ансамблевую игру и психологию характера. Я даже получал одну из самых высоких академических стипендий за успехи в учебе. Поэтому, когда я приехал в США, за моими плечами была не просто мечта, а серьезная профессиональная база.

— Вы уехали из Украины в очень сложное время. Я знаю, что даже начало полномасштабного вторжения не остановило вашу творческую работу в Киеве?

— Да, это был чрезвычайно сложный период. В 2022 году я был отобран в международный театральный проект "The Ball" итальянского режиссера Маттео Спиацци. Мы продолжали репетиции даже в первые месяцы большой войны.

Это был сюрреалистический опыт – совершенствовать мастерство, иногда занимаясь прямо в бомбоубежищах. Но это закалило. После этого я переехал в Соединенные Штаты для дальнейшего развития карьеры, уже имея опыт работы в экстремальных условиях.

— Перейдем к вашему американскому этапу. Цифра в 170 миллионов просмотров звучит фантастически для украинского актера за рубежом. Из чего складывается эта аудитория?

— Это совокупный результат работы в цифровом драматическом контенте, который сейчас переживает бум. Я сотрудничаю с ведущими платформами вертикального видео, такими как ReelShort и ShortMax. Мои работы в сериалах собрали более 170 миллионов зрителей по всему миру, что свидетельствует об устойчивом спросе на такой формат.

Если говорить конкретно, то одним из самых успешных стал сериал "How to Break a DILF". Это высокорейтинговый проект, который сам по себе собрал более 120 миллионов просмотров в международном прокате.

— Вы играете эпизодические роли или вам доверяют более серьезные задачи?

— Это не эпизоды. Я выполняю главные и повторяющиеся роли. Например, в сериале "Blood & Silver: Rise of the Alpha's Rejected Mate", который собрал более 50 миллионов просмотров, у меня была повторяющаяся роль антагониста.

Это была ключевая роль для драматургии: действия моего персонажа непосредственно формировали сюжет на протяжении нескольких эпизодов. То есть это была работа, имевшая определяющее значение для истории, а не просто присутствие в кадре.

— Помимо сериалов, я видел информацию о вашем участии в музыкальных клипах, которые тоже имеют миллионные просмотры.

— Да, это еще одно интересное направление. Я снялся в официальном клипе на песню "Business" исполнителя Gur Sidhu (лейбл Brown Town Music). Видео набрало более 23 миллионов просмотров на YouTube. Это также работа по профессиональному контракту, которая расширяет присутствие в медиапространстве.

— Кстати, о контрактах. В Голливуде большая конкуренция. Удается ли вам монетизировать свою профессию, или это пока работа "на перспективу"?

— Это полноценная профессиональная деятельность. Все мои проекты в США выполнялись по официальным контрактам и оплачивались по отраслевым стандартам. Совокупный доход по этим контрактам уже превысил 10 000 долларов США. Стабильная оплата и повторные приглашения от продюсеров — это лучшее подтверждение того, что ты востребован на рынке.

— Часто украинские актеры сталкиваются с языковым барьером. Как вы решили эту проблему?

— Это был вызов. Я прибыл в США вообще без знания английского. Но я понимал, что без языка больших ролей не будет. Путем интенсивной работы я достиг свободного владения и, что важно, полностью аутентичного американского акцента. Это позволяет мне на равных конкурировать с местными актерами за англоязычные роли.

— В начале мы упоминали о фестивальных наградах. Расскажите подробнее, какие ваши работы отметили критики?

— Помимо коммерческих проектов, я занимаюсь и фестивальным кино. Недавно картина "Don't Waste It" (режиссер Ежи Мялковски) принесла мне победу на Golden Short Film Festival 2025. Этот же фильм стал полуфиналистом Best Short Fest 2025. Также я стал финалистом Oniros Film Awards и Indie Short Fest с фильмом "My Project Life" режиссера Самуэля Санчеса. Для меня это важно, потому что эти награды свидетельствуют о художественном мастерстве, а не только о коммерческом успехе.

— Даниил, спасибо за беседу. Вы демонстрируете прекрасный пример того, как украинская школа и настойчивость дают результаты мирового уровня.

— Спасибо. Я горжусь тем, что соединяю сцену и экран, Украину и Штаты, и продолжаю работать как актер международного уровня.

- Вы одновременно Оля Бородкина, Бо из группы Бо-и-Бро, звезда шестого сезона X-Фактора и театральная актриса. А ваш новый альбом вышел под именем Pololi. Расскажите, кто сегодня все же Оля Бородкина в первую очередь.

Вы так много рассказали обо мне, я даже задумалась: "Ого, это я успела сколько в жизни сделать. Можно умирать". Я шучу, если что: умирать не хочу (смеется). Да, я вообще себя позиционирую как тетя Оля. Еще одна моя сущность. Тетя Оля - это просто обычный человек, который готовит ребенку кушать, убирает квартиру, пишет песни, ведет блог, а все остальное - мои проекты.

- Я думаю, вы согласитесь, что начало звездного времени у вас выпало именно на X-Фактор [по состоянию на октябрь 2025 года на Youbube ролик с фрагментом выступления Ольги на Х-Факторе имеет более 11 миллионов просмотров - ред.], хотя музыкой вы занимались и до того.

Оля Бородкина на Х-Факторе. Фото: частный архив певицы

Да. Я даже не ожидала, что это станет звездным временем. Если бы я немножечко была умнее, я бы как-то это использовала для своего творчества. Но я человек, может, недальновидный, и поэтому я выступала, была в шоке от того, что так людям пришлась по душе... Вообще меня на Х-Фактор мама записала. Я даже не знала, что я туда пойду. Это было для меня сюрпризом.

Я, вообще, такой очень домашний ребенок. До 23 лет была ребенком, с мамой жила. Я тогда устроилась на работу в айти и маме я постоянно жаловалась: "Ну все, моя жизнь закончена, я умру айтишницей, пора на пенсию, и что так будет всегда, чтобы 50 лет проработать, все". Мама это все слышала и решила мне устроить встряску.

- Если посмотреть на ваш творческий путь, начиная с X-Фактора и исполнения песен Земфиры, потом у вас были и детские колыбельные и веселая песенка "Щекочи кота", и как-то резко вектор изменился: с начала полномасштабного вторжения началась военная тематика в песнях, а сейчас вообще такая остросоциальная. Чем вызваны такие радикальные изменения в творчестве?

Это правда. Я не специально. Есть люди, которые могут творить на заказ: написать стихотворение или песню. У меня так не получается. Если у меня что-то внутри очень не дает мне покоя, об этом я и пою. Раньше я любила котов. Потом у меня появились ребенок, я начала любить детей. Потом началась война, я начала любить нас и не любить наших врагов. А потом так почему-то случилось, что внутри появилось много противоречий. И все как-то так изменилось. Даже сейчас так страшно что-то сказать. Сейчас такие времена у нас... странные. Слово вправо, слово влево и расстрел. И не то, что даже от наших врагов, а от самих нас. Поэтому сейчас в напряжении постоянно.

- Вы сказали, что вы пишете о том, что для вас сегодня актуально, потому Котов сменила война, а войну сменила коррупция. Но в интервью 2023 года вы уже анонсировали, что у вас есть планы на именно остросоциальную тематику. Например, в песне "Красти" из нового альбома есть отсылка на скандал с закупкой овощерезок для столичных укрытий, это история 2023 года. Песня того времени или новая?

Новая, просто я потихоньку так почитываю новости, Telegram-каналы, эти постоянные скандалы. У меня все это накапливается, накапливается, накапливается и потом строки сами приходят в голову. Я не виновата, оно само ко мне приходит (смеется). Я только это озвучиваю. А что? Меня смущает не сами факты коррупции. Меня смущает, когда слова не совпадают с действиями. Как у нашего коллективного сознания, так и у отдельного человека. Когда, например, громко говорят: "Мы воюем со злейшим врагом! Все для фронта!", а потом выясняется, что кто-то себе что-то прикарманил, пока другие воюют. Ну, это как-то странно. В 20 лет у меня не было такого когнитивного диссонанса. А сейчас он у меня существует. Я не понимаю, кто есть кто.

К сожалению, я не сильно разбираюсь в политике, в истории. Я пробовала разбираться глубже, чтобы как-то еще выше доносить все это. Но это немножко скучно для меня. Я все же по песням. Поэтому мой новый альбом, он такой немножечко разный: там собраны песни из 2024-го, 2025-го и 2022-го годов. Сейчас я бы его иначе назвала - Мне не все равно. Это песни о депутатах, и о людях в костюмах, о коррупции. Это всё тоже мое проявление любви к Украине.

- Кстати, о "Людях в костюмах": очень остро. Конечно, вы не первая, кто критикует систему, власть, но, в отличие от многих, делаете это напрямую: "Для бедных окоп, для богатых - джекпот". Это даже не аллюзия, это довольно конкретные вещи.

Я "Люди в костюмах" написала после второй встречи нашего президента в Овальном кабинете. И я вообще не поняла всеобщей радости. У нас такое общество, ну очень интересное, очень. Мне нравится, как украинцы могут шутить даже в такие страшные времена. Но... Ну все были там в костюмах, снимали эти видео, шутили, что президент на этот раз надел костюм и теперь не прилетит. Это и правда очень смешно. Но я не понимала другого: почему мы все радуемся? Вообще-то мы так все надеемся на что-то. Мне кажется, вообще, что мы такая нация, очень еще не зрелая. Мы всегда думаем, что нас кто-то спасет, кто-то решит все наши проблемы.

А Америка - наши партнеры решают свои проблемы. И наши как будто не очень им и нужны. Вот об этом и песня: о том, что мы ищем зрелость где-то в другом городе, но никогда не в себе.

- То есть условные "богатые", которые упоминаются в этой песне, это именно иностранные партнеры? Потому что я видел в комментариях, что многие узрели в этих строках отсылку на то, что в Украине война для бедных, там в контексте принудительной мобилизации и так далее.

Ну, то и об этой ситуации с партнерами, и о нас. Откровенно говоря, никто не хочет идти на войну, но некоторые имеют возможность не делать это, а другие - нет. Люди видят и понимают это.

- Сейчас отдельные активисты занимаются тем, что вспоминают другим людям, чем те занимались до начала войны или до полномасштабного вторжения. Кто был русскоязычным, кто там ездил в Москву или что-то другое. Или, например, у вас на Youtube есть видео, где вы читаете стихи Маяковского. Стихотворение "Река". Кто-то апеллировал к вам из-за этого?

Ой, сначала читала какие-то комментарии о себе, что я и предательница, пропагандо... Пропагандистка. И мне даже, знаете, плохие слова запомнятся такими, как мне писали. Такие нельзя говорить, но, думаю, понятно о чем я.

- А как вообще вы относитесь к русской культуре, не современной, а именно классической?

У меня переворот внутренний произошел. Сначала, если бы меня вы спросили в 2022-м году или в 23-м, я бы ответила, что русская культура - это кошмар. К сожалению, я на ней росла. Я чувствовала себя виноватой из-за этого. А сейчас я понимаю: Боже, я так устала чувствовать себя виноватой за свое прошлое, за то, что я, по сути, не выбирала или в силу каких-то обстоятельств не могла подумать и выбрать.

- Благодаря X-Фактору у вас появилось довольно много подписчиков из стран СНГ и, в том числе, из России. И вы ранее рассказывали, что в 2022-м году многие из них отписались. Но кто-то остался?

Вообще-то есть, у меня есть пара людей из РФ. Я с ними лично не общаюсь, но они комментируют, поддерживают, в том числе и такие песни мои старые, как "Нарисуй букву Z себе на лбу". Понятно о ком это песня, не надо объяснять. Им нравится, они репостят. Но есть такие люди, что сначала "Да, да, да, да, ну, да, это наша вина, как коллективная, так и личная", но впоследствии такие странные мне вещи пишут: "Оля, у тебя такие патриотические песни, но и у нас тоже есть патриотические песни. Вы все-таки нам уже враги". Думаю: "О, все, начинается. Do widzenia, до свидания".

- У вас уже очень большая аудитория: сотни тысяч подписчиков в ТикТоке, на YouTube, в других соцсетях. Как они реагируют на такие изменения в творчестве?

В целом, положительно. Я очень боялась выпускать этот альбом [альбом "Вернусь" вышел в сентябре 2025 года - ред.]. Я была какая-то напуганная. Первую попытку релиза еще и заблокировали. Это было как раз, когда люди начали выходить на акции протеста после принятия законопроекта о НАБУ. Люди вышли с картонками, начали заявлять о своих ощущениях. И я тогда выложила песню "Красти". И меня впервые заблокировали. Я тогда подумала: "Ого, а что будет дальше? У меня впереди релиз альбома. И там такой альбом жесткий, что я боюсь". Но оказалось, что я зря боялась. Все же у нас еще есть какая-то свобода. По крайней мере, свобода песни. Даже на острые темы.

- Я сегодня открыл на YouTube клип "Красти" и там стоит 14 дизлайков. И мне очень смешно было, потому что в Украине есть 13 министров и премьер-министр. Это, конечно, не связанные вещи, но выглядит очень красиво.

О, классно! (смеется).

- А был ли какой-то фидбек не от обычных поклонников, а от тех, о ком песня?

С этой стороны, вроде, мне никто ничего не писал. И меня не блокировали второй раз после релиза. Я это расцениваю как отсутствие фидбека. Но, в моем случае, это тоже хорошо. Я считаю, если тебя заблокировали, значит это кто-то посмотрел, кому это не понравилось. Значит, моя информация дошла до нужных персон. А вообще-то мне нравится, что люди как-то поддерживают это, тоже думают как я.

Но есть и комментарии, что я такими песнями раскалываю общество. Знаете, есть поговорка о том, что собака смотрит на палку, а не на того, кто ее бросает. У нас тоже есть люди, которые считают, что общество раскалывает не тот, кто ворует, а тот, кто об этом говорит. Такой себе диссонанс.

- Но у вас в новом альбоме не только о коррупции. Например, есть очень замечательная песня, посвященная Харькову. Расскажите о ней. Как она появилась?

Это был 2022 год и я помню, было много видео, как ракеты летят на центр города. И я чувствовала, что это не по центру города, а по мне они летят. И мне так больно было за те места. Я же их все хорошо знаю: здесь ты ходил в студенческие годы, там ты первый раз играл на гитаре, ты просто вырос здесь.

И меня очень поразила фотография, где мой детский сад, куда я ходила маленькой. И там просто какая-то ракета в земле. "Пам'ятаю ось цією стежиною, я ходила ще малою дитиною, тут тепер уламки з-під ракет". Вот так эти строки и появились. И вообще эта песня о двух городах: моих родных Харькове и Изюме. В Изюме живет моя бабушка, и там проходило мое детство. И если про Харьков нельзя сказать, что это город-скелет, потому что Харьков - это необычайный город, с Изюмом ситуация хуже.

А еще меня кое-что поразило, когда я была в Харькове уже после начала полномасштабного вторжения. В Харькове есть Салтовский рынок. И там уже просто обгоревшие контейнеры и на них висят халаты, тапочки. Вчера прилетело, а сегодня люди уже работают. Город настолько фантастически держится, что я даже не знаю. Как в Польше на тебя странно смотрят, когда ты заходишь в 17:45 в кафе, которое закрывается в 18:00. И они думают "Вот курва, зашла, не дает нам отдохнуть". А в Харькове люди даже после обстрелов, на обгоревших контейнерах работают. Это удивительно. Я обожаю этот город!

- И еще немного о ваших песнях: "Наш класс" стала определенным триггером, который сильно увеличил вашу аудиторию. Она стала вирусной и ее активно распространяли в сети, даже не понимая кто ее исполняет, кто автор, что это вообще адаптации другой песни. Но очень маленький промежуток времени прошел с того момента, как вы после очень патриотической песни, которую распространяло множество патриотических пабликов, вы начали рассказывать о коррупции, о других вещах, и у многих был диссонанс.

Говорить о проблемах - это также проявление любви. Ты не будешь этим заниматься, если тебе безразлично. А когда тебе хочется жить немножечко лучше, чем ты жил, и ты указываешь на определенные проблемы, я считаю, это гражданская позиция. Гражданский долг. Петь о любви - это хорошо. И это я уже спела. У меня этот гештальт уже закрыт. Теперь я пою о другом. Я за то, чтобы Украина победила и жила в мире. Но у нас есть еще проблемы кроме Российской Федерации. И их очень много на самом деле. А если отдельные люди говорят: "Это не ко времени", то я скажу "Именно сейчас ко времени!". Когда, как сейчас?

- Вы когда-то делали подборки хейтерских комментариев у себя в соцсетях. А что-то вспомните из такого, чтобы вам запомнилось именно из них?

Ну, первое запомнилось, что я не имею права голоса и петь такие песни, которые критикуют нашу систему, потому что я в Польше. Потом, что мне заплатили ФСБ. Что я на Россию работаю, что я популистка. Ну, много такого.

В основном это просто оскорбления. Но это же тоже любовь. Со знаком минус, правда? Вот хейтеры, они же такие люди. Им тоже большое спасибо. Благодаря им у меня есть о чем делать публикации.

И знаете, что я еще подумала: может быть, люди не все со зла это делают. Сейчас в Украине люди живут, мне кажется, в постоянной тревоге. Я смотрю на свою маму, там в Харькове. Они уже привыкли, но ведь это какое напряжение? Это постоянное напряжение. Я думаю, что люди сейчас не в ресурсе. Возможно, я не права в том, что я говорю такую неприятную правду, а людям просто хочется выжить. Но ведь это не на людей направлено. Мои песни - хочется, чтобы их услышали те, кто делают эту несправедливость. Но получается как-то так.

- У меня есть гипотеза о том, что люди просто ищут безопасный способ на кого-то выплеснуть агрессию.

Мне кажется, что именно так это и работает. И знаете, что странно: я только за, я поддерживаю украинский. Почему я в быту общаюсь на украинском? Потому что мне приятно. Я разговариваю на украинском и мне приятно. Проскакивают русские слова. Но вот что, я подумала: насколько у нас разнообразная страна - вот одессит и, например, гуцул, или украинский татарин и, например, житель Полесья. Неужели мы не можем с пеной не искать что-то друг в друге, что-то одинаковое? Мы очень разнообразная страна, а есть те, кто хочет отсечь что-то такое под линеечку: "Ты не такой, не подходишь, обрезаем!". Чтобы все стали одинаковыми. Поэтому мне нравится Украина, которая была до начала полномасштабного вторжения. Страна, которая воспринимала всех, не разделяя на "правильных" и нет.

- Вы с 2022 года перешли на украинский. Какая у вас была мотивация в тот момент?

У меня тоже эволюция, эволюция мыслей, возникла. Много вызовов. Я не сразу перешла на украинский язык. Потому что я всю жизнь разговаривала на русском. Я и сейчас разговариваю с паузами, я вспоминаю как на украинском будут отдельные слова. Мой украинский язык не такой правильный и чистый. Но я перешла, потому что я все же немножко публичный человек, и мне кажется, что мне стоит поддерживать и вкладывать свое имя в творческой сфере - стихи и колыбельные - в копилку украинской культуры. Мне важно ее обогащать.

Мне хочется, чтобы об Украине знали, что это страна самых красивых песен, самых мелодичных мелодий. Мне хочется вкладываться туда. Но я не люблю всевозможные языковые патрули. Меня это очень демотивирует. Я сразу начинаю злиться. Я встречала языковые патрули в Польше. Я себя сдерживала, чтобы не начать ссору. Языковые патрули в Польше - это очень смешно. В Германии, в Таиланде, на Бали.

Я вижу много в интернете негатива, но это в интернете. В жизни не все люди такие смелые. Даже те же патрули, то что я видела, они пытаются быть вежливыми. Но все это на самом деле противоречит тому, что в Украине заявляли в 2022-м. Мы же начинали с того, что мы страна, которая борется за свободу. И здесь мы просто превращаемся в антисвободное общество. Как-то так это и выглядит.

- У вас было отдельное направление творчества - это детские сказки. Вы создавали их для собственного ребенка, а уже потом решили записывать. Планируете ли вы еще что-то делать для детей? Потому что в Украине есть огромная проблема именно с украиноязычным детским контентом.

Да, собираюсь! Если у меня... Нет! Когда у меня появится поменьше планов и побольше времени, я этим займусь. Я писала колыбельные на кухне, пока мой ребенок спал. Я никогда не думала, что они вообще пригодятся. Вы знаете, что когда не думаешь о результате, то он всегда есть. Как странно устроен наш мир, правда?

И вот я получаю результат сейчас: мой самый успешный музыкальный проект, в плане прослушиваний - эти сказки. Они получают тысячи прослушиваний каждую неделю. И я обязательно хочу еще этим заниматься.

– Это приносит прибыль?

Не так много, как хотелось бы. За эти деньги я не могу снимать себе квартиру, но могу сходить в магазин.

- Как вы себя дальше видите, именно как музыкант?

Сложный вопрос: у меня такая печаль внутри. Так я думаю, все получится. "Тетя Оля, смотри, все идет, все получается". А потом просыпаюсь, как-то смотрю, то одна очень яркая девушка или парень, то другая, и думаю: "Там такая конкуренция, мне ничего и не снилось". Но все равно делаю, я не могу это не делать. Знаете, это как любимое дело, хобби. И хоть кто бы там ни был, хоть меня никогда не возьмут и на Евровидение, никто не будет слушать, я буду это делать, потому что я должна это делать.

Внутри, знаете, есть у каждого человека свое предназначение. Вот это, может, и есть мое предназначение. Я буду это делать пока оно делается.

- Я понимаю, что сложный вопрос, но вы свое будущее и своего ребенка связываете с Украиной или с Польшей?

Когда эмигрируешь в другую страну, сначала пару лет тебе очень сложно, хочется домой уехать. А недавно у меня перешел такой какой-то момент: я здесь уже привыкла. Не то, что я меньше люблю Украину, или не скучаю, просто привыкла. У меня здесь уже больше друзей, больше знакомых мамочек с детьми. У меня здесь свое дело открывается.

Как-то жизнь здесь пошла. И так странно. Мне хочется видеть будущее ребенка там, где будет мир, где я смогу быть уверена, что не прилетит ничего в дом.

Оля Бородкина с ребенком в первые дни полномасштабного вторжения РФ. Фото: частный архив певицы

И так странно, что в Польше начали осуществляться мои какие-то мечты. Почему в другой стране мои мечты начали сбываться? Я этого никак не пойму. Может из-за конкуренции? У нас все-таки люди, они умеют держать свое, они выгрызают себе место под солнцем: кто лучше, будут работать на выходных, до ночи.

Я начала смотреть на Землю, на нашу планету, в разрезе стран, где человеческим способностям способствуют, помогают их развитию, а где наоборот их немножко блокируют. И Польша сейчас для меня страна, где... Не нужно слушать хейтерские рассказы о том, что здесь украинцев ненавидят, это не совсем правда. Как человек, который здесь живет, и сталкивается с поляками каждый день, могу заверить: Польша - это страна, где все же способствуют развитию личности.

В то же время этот праздник имеет давние культурные корни: еще наши предки чествовали защитников на Покрову Пресвятой Богородицы.

В этом году специально к празднику для пользователей открылся блок бесплатного курса "Знай свою Украину. Покрова", созданный Благотворительным фондом КОЛО, Музеем Ивана Гончара и платформой EdEra при поддержке меценатов. Курс рассказывает об истории и традициях праздника Покрова, объединяющего темы украинского воинства, народной свадьбы и кобзарско-лирницкой традиции.

К созданию курса присоединились не только педагоги, но и волонтеры-айтишники из фонда КОЛО, а также украинские предприниматели и креативщики.

Мы побеседовали с Игнатом Коробко, украинским бизнесменом и специалистом по креативным коммуникациям, который непосредственно участвовал в разработке курса. Кроме помощи Вооруженным силам Украины он активно поддерживает просветительские инициативы, направленные на укрепление национального единства через культуру, традиции и язык.

Вы давно известны как специалист в сфере коммуникаций. Почему решили заняться именно просветительством?

Для меня это очень личная история. Я родился в Николаеве — городе, где украинская культура и язык только недавно начали расцветать. Когда я был школьником, украинский язык на улице можно было услышать очень редко, а украиноязычные вывески выглядели как диковинка. Все вокруг было русскоязычным.

Несмотря на это, даже тогда большинство николаевцев ощущало себя украинцами. Мы хорошо знаем, что происходит после того, как приходит Россия. После объявления Независимости Украины она приложила немало усилий по уничтожению военно-промышленного потенциала Николаева. За банкротством наших судостроительных заводов прослеживается четкий русский след. К сожалению, некоторые украинские политики сознательно или бессознательно помогали в этом нашим врагам. Поэтому для нас это не абстрактная история, а горький опыт.

Сегодня многие николаевцы, хотя и говорят на русском, стремятся изучать украинский язык, познавать культуру. Поэтому я поддерживаю образовательные проекты — такие как курс "Покрова". Это часть большой инициативы "Знай свою Украину", которая знакомит детей и взрослых с главными украинскими праздниками — Рождеством, Пасхой, Купала и Покровой.

Курс может быть интересен не только людям в разных регионах Украины, но и тем, кто сейчас живет за границей, но стремится сохранить украинскую идентичность.

Первый модуль посвящен истокам праздника Покровы — от Киевской Руси до современности, его связи с казацкими традициями и освободительными движениями. Второй этап раскрывает украинские свадебные обычаи — их символику, ритуалы, песенное наследие.

Мы хотим, чтобы украинскую культуру знали и любили по всей стране. Потому что сегодня, к сожалению, это более характерно для западных регионов. Вместо того, чтобы клеймить кого-то "изменниками", нужно учить, объяснять, показывать красоту украинской культуры. Только так можно заложить основу для подлинного национального единства — единства, опирающегося на культуру, традиции и язык.

"Культура — это то, что объединяет нас даже тогда, когда мы разделены тысячами километров. Именно она держит украинцев вместе"

Эта мотивация появилась уже после 2022 года?

Нет, еще до полномасштабного вторжения мы поддержали украинский перевод и издание книги From The Ukraine to Ukraine. Ее создал Институт Кеннана — американский аналитический центр при Международном научном центре имени Вудро Вильсона. Книга охватывает период с 1991 по 2021 год и систематизирует 30 лет украинской независимости.

Это уникальное исследование, которое помогает честно посмотреть на путь, который мы прошли: что сделали правильно, где упустили возможности и почему произошло именно так. Я хотел, чтобы эта книга стала частью украинского интеллектуального дискурса.

Презентацию не удалось провести в начале войны, но считаю, что это издание стало итогом целой эпохи — до 24 февраля 2022 года. Далее история пишется уже другими людьми — нашими военными, волонтерами, всеми, кто каждый день держит страну.

"Мы не можем позволить себе лишиться культурного фронта. Потому что когда знания, язык и память живы — нация непобедима"

Вы упомянули о волонтерстве. Как началось ваше сотрудничество с Вооруженными силами Украины?

Еще в 2016 году ко мне с коллегами обратилось командование Сухопутных войск с просьбой помочь улучшить коммуникацию с обществом. Я увидел тогда две ключевые задачи.

Первая — мотивировать больше людей добровольно и сознательно идти на контрактную службу. Чем больше таких людей, тем меньше потребность в принудительной мобилизации.

Вторая задача — рассказывать украинцам о своих защитниках. Сухопутные войска — это основа нашей армии, её численное ядро. Но тогда о них знали мало, а внимание медиа часто было приковано к другим родам войск.

Я считаю это несправедливым, поэтому вместе с коллегами на волонтерских началах подготовил несколько социальных видеороликов. Они быстро стали популярными, потому что показывали настоящих украинских воинов — сильных, честных, без искусственного пафоса.

Впоследствии мы разработали для Сухопутных войск коммуникационную стратегию и периодически помогали им консультациями. А после 24 февраля 2022 года я сам обратился в Генштаб ВСУ с предложением волонтерской помощи.

Чем вы занимались в первые дни вторжения?

Стремился быть максимально полезными. В первые дни войны мне вместе с коллегами удалось собрать несколько сотен волонтеров — политтехнологов, журналистов, айтишников, пиарщиков. Сначала мы сосредоточились на информировании мира о российских преступлениях — в этом направлении работали десятки переводчиков.

Также создали в мессенджерах информационную сеть с охватом более семи миллионов украинцев — в основном русскоязычных южан и востока. Ее задачей было противодействовать враждебной пропаганде, бороться с дезинформацией и разбивать фейки.

Кроме того, мы помогали документировать военные преступления России в рамках проекта "Харьковский трибунал". Нюрнберг-2022″. Со временем эти функции взяли на себя государственные и международные структуры, но мы рады, что были среди тех, кто стоял у истоков этой инициативы.

Вы активно поддерживаете ВСУ, в то же время инвестируя в просветительские проекты — от курса "Покрова" до издания исторической литературы. Как соотносятся коммуникации для обороны страны и инвестиции в культурное наследие?

Это две стороны одной стратегии. Оборона страны требует физической силы, а ее устойчивость требует внутреннего единства. Недостаточно просто выгнать врага; мы должны иметь крепкий фундамент, чтобы строить государство дальше.

"Бизнес в Украине должен не только создавать рабочие места, но и формировать смыслы — поддерживать образование, культуру, науку. Это и есть стратегическая инвестиция в государство"

Когда мы помогали Сухопутным войскам в коммуникации, ключевой задачей было увеличить у людей мотивацию к сознательной контрактной службе и проинформировать общество о ядре нашей армии. Это была тактическая помощь.

Но для стратегической обороны мы должны помочь людям по всей Украине понять общую культурную основу. Именно поэтому я поддерживаю такие проекты как "Знай свою Украину". Это делается для того, чтобы наша общая идентичность сохранялась и за рубежом, и в разных регионах страны. Ведь поддержка культуры и образования — это инвестиция в наше будущее.

- Что у нас сейчас вообще в индустрии по состоянию на сегодня? Она живая, не живая?

Знаете, вот именно посередине между "живая" и "не живая". Индустрия безусловно есть, потому что появляются новые работы, люди пытаются все же оставаться в стране, в индустрии и собственными усилиями создают анимационные мультфильмы. Есть талантливые, невероятные люди, которые создают авторские анимационные сериалы. Они вкладывают туда собственные средства и время без посторонней поддержки, а результат просто выкладывают на YouTube. Есть и небольшие гранты для авторских работ, но в основном они не приобретают широкой популярности и по факту о них мало кто знает, а еще меньше тех, кто видел эти произведения, к сожалению.

Безусловно, иногда встречаются государственные заказы, например, от Общественного. Как по мне, очень скромные. Ведь и смета, и время на изготовление контента выделяется совсем немного. В целом, украинского анимационного контента потрясающе мало. Хотелось, чтобы телеканалы, и платформы чаще заказывали детский контент, ведь, очевидно, его катастрофически не хватает. Мы не можем постоянно говорить детям: "Пока мы свое не производим - посмотрим что-то зарубежное". Это не решение проблемы.

Мы должны создавать истории для собственных детей всех возрастных категорий: от очень маленьких до подростков. С подростковым контентом у нас вообще не просто ноль, а полный минус. Есть отдельные клевые проекты: например, подростковый авторский сериал "Университет Чупарского", но это не решение в масштабе страны. Невозможно закрывать все потребности индустрии просто перекладыванием проблемы на работников индустрии оставляя их один на один.

Саша Рубан и авторы сериала "Университет Чупарского". Фото: С. Рубан

- Государственная поддержка есть?

Вот недавно глава Госкино Андрей Осипов, кажется, писал, что в бюджете на 2026 год на культуру заложено 15,8 миллиарда гривен, что на 4,7 миллиарда больше чем в прошлом году. Но неизвестно сколько из них пойдут на кино, а сколько денег планируется выделить именно на анимацию. Я не знаю, вообще существует ли практика, чтобы киноиндустрия получила этот документ с распределением денег и сказала: "Ой-ой-ой, что-то тут перефинансирование, а здесь явно недофинансирование и давайте это исправим". Не знаю, кто-то показывает эти документы вообще кому-то?

- В прошлые годы государственный заказ на анимацию был? Были ли какие-то крупные проекты?

Я знаю, что студия Animagrad работает над анимационной лентой "Наша Файта". Когда-то был одноименный сериал, несколько серий, он был очень популярен: такой со специфическим юмором. Он нравился зрителям. Поэтому ждем премьеру. А другие полнометражные истории не знаю делаются ли. Думаю, они на бессрочной паузе. На анимацию идут большие деньги и много лет. И не так чтобы мы имели, как первое, так и второе в достаточном количестве.

- Вы автор сценария в серии мультфильмов о Псе Патроне. Это коммерческий проект, это социальный проект, это госзаказ? Как вообще появилась идея делать мультсериал о Псе Патроне.

Это социальный проект, он возник он из-за вторжения РФ. Он не коммерческий, потому что он создан для того, чтобы научить правилам минной опасности. Если бы проект был коммерческий, там были совсем другие приключения, и совсем ничего бы не было об оружии. Никто за рубежом не хочет покупать детский проект в котором показаны обломки ракет и типы взрывных устройств.

Владельцы Пса Патрона - это ГСЧСники, которые работают в Чернигове. Это муж и жена Ирина и Михаил. И у них просто есть человек, который помогает вести Instagram. И вот этот человек предложил создать мультфильм, через который можно рассказать деткам об опасности, помочь запомнить телефон 101, об особенностях работы в Государственной Службе Чрезвычайных Ситуаций. Просто была такая идея, что надо что-то создать, для распространения важной информации среди малышей. И Юлия Гребеневская (продюсер проекта) обратилась к Анастасии Фалилеевой, которая впоследствии стала режиссером проекта. И вместе они начали искать автора сценария. Того, кто бы разработал концепцию в целом.

Мы все очень неожиданно встретились, сразу нашли общий язык. Я задолго до нашей встречи думала, что Пес Патрон - это персонаж, который должен стать символом для украинских детей. Потому что нам необходимо иметь такого супергероя, как говорят, маскота, чтобы он стал символом безопасности, надежности и отваги. И еще... он просто такой милый. Я подумала, почему бы через такого персонажа не рассказывать детям о важных и сложных вещах? И я, когда об этом думала, просто себе написала на листочке несколько идей, чтобы не забыть. Поэтому на встречу пошла именно с этим листочком, и сказала: "Смотрите, у меня есть концепция №1, №2 и №3 и можно из них какую-то выбрать". И все сказали: "О, мне, пожалуйста, №2". И я такая: "Ну, окей. Распушу вам ее подробно и посмотрим что получится". Так мы создали сериал.

Запись сериала через Zoom. Рубан в Кривом Роге, а команда в Киеве. Фото: Саша Рубан

- Кто финансировал проект?

Это грантовая программа USAID и UNICEF. Мы пошли к ним, чтобы они выделяли средства для того, чтобы осведомленность детей о минной опасности в нашей стране была как можно шире.

- Сколько удалось сделать?

Значит, у нас был сезон на 10 серий плюс один спешл - серия про "Клуб анонимных пушистиков". И еще пять серий было второго сезона, а уже последние пять мы так и не доделали, потому что господин Трамп сказал о USAID следующее: "...управляли грантовыми программами кучка сумасшедших и мы их выгоним". И грантовые программы были отменены.

Из-за этого пострадал и другой наш мультсериал. Мы успели сделать по грантовой программе USAID три серии сериала "На краю миров". История о папе с детьми, который приезжает в чудаковатый дом, расположенный в дереве большого дуба - на краю села Миры Запорожской области. Это вымышленное село. Его не существует на карте. А вот приключения и мифологические персонажи в сериях абсолютно реальные (улыбается). Мы очень полюбили эту историю и до сих пор мечтаем завершить первый сезон.

- А что в результате по цифрам, по просмотрам? Насколько этот продукт был востребован аудиторией?

Первая серия Пса Патрона на сейчас имеет 4,5 млн просмотров. Вторая серия - 3,5. Я думаю, что это неплохой показатель. В целом каждую серию "Пес Патрон" смотрели не менее 2 млн раз. На канал подписано на 223 000 человек.

Для того чтобы канал жил, продолжал дальше собирать просмотры и набирать обороты, просто надо выпускать контент. Постоянно. Чтобы выпускать контент, надо получить на него деньги. Сейчас грантовой программе позакрывались, другие гранты очень сложно получить. А с "Патроном" это довольно сложно из-за того, что это сугубо украинский продукт и это не международная история, где мы рассказываем что-то понятное для абсолютно каждого ребенка по всему миру. Никакой Nickelodeon, Disney+ или Netflix не купит детский сериал, который в легкой и не ретравмирующей форме рассказывает детям о минной опасности. Это, мягко говоря, очень специфическая тема и это не коммерческий проект.

Пес Патрон лично приходил на запись сериала. Фото: Саша Рубан

- А сколько стоит обобщенно сделать одну серию такого мультфильма? Если, например, какой-то крупный украинский бизнес захочет сделать сериал о своем маскоте.

Анимационная индустрия - это же кинобизнес. А в слове кинобизнес важна именно последняя часть - бизнес. Поэтому продукт, конечно, должен приносить деньги. Поэтому, все хотят получить условный "Щенячий патруль", но вкладывать столько времени и денег как требовалось для создания того патруля - не хотят. Все спрашивают: "А когда же у нас будет как в Pixar?". Но дело в том, что, когда, например, Стив Джобс купил Pixar, он заплатил около 10 миллионов. А потом лупанул еще 50 миллионов долларов, чтобы Pixar начал приносить деньги. И он, таки, начал! Просто не сразу.

В анимацию, чтобы она окупалась, нужно "играть в долгую" и вкладывать деньги постоянно. И не малые суммы. Это не спринт. Это изнурительный и дорогостоящий марафон.

Дарчики - персонажи, созданные для "На краю Миров". Фото: Саша Рубан

Но давайте посчитаем хотя бы примерно какой-то проект для бизнеса. Вот у нас есть условный "Енотобанк" который мечтает создать удивительно крутой анимационный 3D сериал со своим маскотом - Енотом, который начинает работать стажером в банке и мечтает стать большим боссом. 10 серий по 10 минут. Стилистика, например, как в мультфильме "Зоотрополис". Ведь все заказчики любят приходить с такими амбициозными референсами. Поэтому давайте отталкиваться тогда и от такого ценника как Pixar. Если бюджет анимационного стиля Зоотрополис был 150 миллионов долларов, а хронометраж - 108 минут, то получается, что минута стоит 1,3 миллиона долларов. Секунда, соответственно - 23 150 долларов. Но да, в эту цену входит все: сценарий, аниматик, локации, ассеты (предметы которыми наполнена среда и с которыми взаимодействуют персонажи), сами персонажи: их дизайн и моделинг, риги (скелеты, которыми управляют при анимации), освещение, камеры, композ, рендер, эффекты звуковые и визуальные, музыка, озвучка актерами и еще куча слов, которая теряет смысл для тех кто не знаком с тем как создаются мультфильмы.

Безусловно наши цены очень далеки от указанных выше, но и результат отличается. Окей, давайте спустимся на землю и посчитаем, хотя бы приблизительно, свою смету. Подчеркиваю, что цены очень условны и каждый раз считаются в зависимости от состава команды и уровня специалистов:

• Сценарий от 400 до 1500 долларов за серию (10 страниц) ведь нам надо современный и незаурядный юмор, поэтому лучше брать целую группу сценаристов - комиков и редакторов
• Аниматик - от 70 до 200 долларов за минуту
• Разработка главного героя от эффектного эскиза до готовности использовать его в анимации с шикарным мехом, выразительными эмоциями и динамичными движениями идеального рога - от 3 до 6 тысяч долларов за персонажа (и это я еще скорее всего мало насчитала)
• Локация от 700 до 2500 долларов, в зависимости от сложности и детализованности интерьера и экстерьера
• Постановка камер от 700 до 2000 долларов за минуту (смотря на сложность)
• Анимация от 60 до 160 долларов в секунду (да, вам не послышалось, за секунду).

Поэтому, если мы посчитаем только исключительно 10 минут анимации по 60 долларов за секунду, то получается сумма в 36 000 долларов. И это только анимация! А теперь добавим все вышеупомянутое по перечню (в котором много еще чего я не указала из необходимого) и имеем космический ценник и инфаркт заказчика.

Так и получается, что анимация - это очень-очень-очень дорого и чтобы она стоила потраченных денег, надо точно знать кто ее купит и зачем вообще ее делать.

- Как думаете, не является ли проблемой то, что в информационном пространстве все украинство свелось к геометрическим фигурам Галичины, немного Петриковки и где-то там еще совсем немного казачества? То есть мы сами сузили всю тематику до буквально нескольких архетипов.

Да! Знаете почему? Потому что у нас есть самоцензура. Очень важно как именно мы рассказываем о себе. Через какие средства транслируем себя. Я считаю, что мы сами застряли в своих клише. Невозможно закрыть каким-то одним, любым массовым популярным продуктом или образом, запросы всей Украины и понравиться всем и сразу. А еще и всему миру в придачу. Сделать что-то универсальное и как следствие безумно популярное - это задача со звездочкой. Мы все живем в очень разных реалиях одновременно и нам нравится разное. Это нормально и даже прекрасно! Наша красота в разнообразии. Мне кажется, надо прекратить искать самый "правильный" и самый понятный образ. С таким подходом мы теряем абсолютно вкусные, невероятно интересные нюансы и оттенки, теряем глубину персонажей, упрощаем и стерилизуем темы и взгляды. И как следствие остается только "байрактарщина" и "шароварщина", от которой уже всех тошнит.

Нам надо набраться смелости создавать живые истории и прекратить повторять клише о самих себе из сериала в сериал, из фильма в фильм. Просто принять наконец факт - не существует какой-то одной формулы которая всем сделает красиво, популярно и прибыльно. Нам надо много смелого и честного контента. И тогда из десятков фильмов будет все чаще появляться что-то особенное и незаурядное.

Киноиндустрия это вообще очень рискованная тема постоянного поиска, где творческое и практическое встречаются вместе, чтобы найти ответ на вопрос, который ставит перед нами жизнь. А если мы не ищем этих ответов и не желаем рисковать, то каких незаурядных результатов мы стремимся достичь? Почему мы будем искать какой-то универсальный код, если его нет? Мы уже поняли это. Нет простых решений. Нет понятного чего-то одного, что работало бы сразу на всех. Но самоцензура и желание нравиться всем сразу... И это тоже очень сложная история.

- Вы говорили, что миллионные просмотры на YouTube собирает украинский контент, но этого недостаточно, чтобы финансировать такой контент. То есть эти деньги, монетизация - это капля в море. И есть путь, который кажется очевидным: это увеличение аудитории. Но количество потребителей украиноязычного контента ограничено объективными показателями.

Конечно! Но для этого надо озвучить контент на английском языке. И теми актерами, которых точно аудитория не обойдет вниманием. То есть, если бы, например, Вера Фармига [американская актриса, режиссер и продюсер украинского происхождения - ред.] озвучила персонажку козу - спецагентку, то конечно это бы привлекло внимание зарубежного зрителя к сериалу "Пес Патрон". Или Тимоти Шаламе, Брэд Пит и Ленни Кравиц, допустим, подарили бы свой голос персонажам - это бы стало сенсацией и снова привлекло внимание к Украине. Но откуда мы возьмем деньги на Веру Фромигу, Тимоти Шоломе и Брэда Пита? Вы тут от предыдущих просчетов на анимацию не отошли, а опять надо представить космический ценник на озвучку детского контента. Я уверена, что нам бы сказали: "Вы что, ку-ку? Такие деньги тратить на мультики?!"

- Ну украинские же звезды озвучивали персонажей в "Псе патроне"

Актеры, которые озвучивали наших героев, они бесплатно это делали, потому что это социальный проект. Они приезжали, очень профессионально отрабатывали и уезжали по своим делам. У нас очень много звезд было. Был Монатик, он Мышонка озвучил. Была Ирма Витовская, она озвучила Паланицу - козу-агентку под прикрытием. Была Суперкиця, такая себе Лара Крофт кошачьего мира, которую озвучила Надя Дорофеева. Был KADNAY, который озвучивал Крота в серии "Лаборатория бубухов". Был Владимир Дантес, который прекрасно сыграл влюбленного Мотылька в серии "Опасные бабочки". Был Евгений Клопотенко, который озвучивал Короля эльфов в серии "Неожиданный сон". У нас там куча крутых чуваков.

- А был кто-то, кто отказался?

Был один, не скажу кто. Сказал, что надо деньги, потому что, это же все равно работа, а я известный и занят. Но это нормально. Понимаю право человеку отказать. К тому же человек собирает огромные деньги для ВСУ и никаких претензий вообще не может быть. "Нет" это такой же нормальный и стандартный ответ, как и "да". Все окей, никто на кого не обижается.

Василий Байдак озвучил каждого Бубуха в сериале "Пес Патрон". Фото: Саша Рубан

- В Украине продолжают массово потреблять русскоязычный контент. Это и контент российского производства, и не только. Как думаете, есть ли смысл дублировать российско-украинский контент, чтобы бороться за украинскую русскоязычную аудиторию?

Честно говоря, поскольку нас очень сильно уменьшается по численности, я бы боролось за всех. За каждого зрителя. Все уже понимают, что рождаемость очень сильно уменьшилась, а смертность невероятно повысилась. И если мы здесь будем еще в придачу друг от друга отказываться, то наше уменьшение еще ускорится.

Но я понимаю, что у отдельных людей очень негативное отношение к русскому языку. Почему оно возникает тоже понятно. Но я понимаю, что не хочу отказываться от украинских зрителей, которые хотят потреблять контент на русском. Я понимаю, что сейчас получу кучу хейта, но это украинский зритель - он украинец, он здесь живет. Мы не знаем через что этот человек прошел. Я не хочу упрекать человека за то, что он обратился ко мне не на украинском. Я не буду останавливать переселенцев, когда они рассказывают о своем ужасном опыте переезда с оккупированных территорий и делятся болью потерь, и делать замечания почему они рассказывают это не на украинском. Для чего меня ее травмировать? Человек живет в своей стране, в Украине. Если ему сейчас легче разговаривать на русском, пусть разговаривает на русском.

- Украинизация нужна?

Нужен крутой контент для всех возрастных категорий: для дошколят, для подростков, для взрослых. Этот контент будет сделан профессионально и с любовью, сделан внимательно украинцами на украинском для своих зрителей. Вот это и будет лучшая украинизация.

Полюбить Рика и Морти очень легко, потому что он клевый. Влюбиться в Симпсонов легко, потому что они шикарные, они юмористические, в них есть какое-то волшебство. Потому что классно сделанный продукт влюбляет в себя без усилий. Остается просто начать создавать такой продукт! И тогда не надо будет принуждение, чтобы кого-то учить украинскому языку. Все будут смотреть и так.

- В Украине когда-то могут появиться свои "Симпсоны" или "Рик и Морти"?

Чтобы они появились надо последовательность полезных для здоровья анимационной индустрии упражнений. Упражнение первое - уметь "видеть" перспективные проекты и людей. Второе - дать задание этим людям создать и спродюсировать такие проекты. Третье упражнение - профинансировать эти проекты. Четвертый пункт - продать созданный перспективный продукт на международном рынке. Пятое упражнение - снова повторить все сначала с международным партнерством масштабируясь. За три года последовательного системного подхода к собственному здоровью вы не узнаете индустрию.

- Раз зашла речь о деньгах: как ИИ вообще повлиял и повлияет на индустрию?

ИИ - не панацея и он не сделает всю работу за тебя. Но ИИ может значительно уменьшить расходную часть бюджета, если правильно его использовать. Сложность в том, что возможности ИИ надо корректно интегрировать в твое производство. Но если ничего не производится, то как можно что-то интегрировать в несуществующее?

Представьте, что у вас есть конь. И вы прочитали, что есть такие полезные инновации как руль, педали, тормоз и двигатель. Кормить лошадь становится все дороже, поэтому возникает идея модернизировать животное, для повышения производительности и снижения затрат на корм. Ну вот мы прикручиваем к коню руль, педали и двигатель в ожидании улучшения показателей. Конь оглядывается, смотрит долго на тебя и говорит "Ты идиот?". И с ним сложно не согласиться.

- Реально ли сделать сегодня в Украине мультфильм мирового уровня?

Представим ситуацию в которой я прихожу к Олегу Гороховскому [основатель необанка monobank - ред.] и говорю:

"Олег, я хочу создать полнометражный анимационный фильм о Псе Патроне. Это история об элитной, породистой и тайной организации супер животных со всего мира "Гав 6", из которой исключают Пса Патрона из-за проваленной спецоперации. Патрон пытается провести собственное расследование, чтобы вернуться в состав супер агентов, но неожиданно всех участников организации похищают. Теперь Патрон собирает собственный спец отряд из простых домашних животных, чтобы раскрыть два дела, не зная что его ждут приключения космического масштаба, ведь воры, которых он ищет - пришельцы.

Поэтому, это будет международный проект, я буду искать ко-продукцию с Францией, планирую привлекать реальных известных животных со всего мира. Мне для начала проекта очень нужно 3 миллиона долларов. Я начну девелопмент, начну питчить проект на международных платформах и фестивалях. И потом еще 3 миллиона дособираю на зарубежных инвесторах".

Олег послушает меня и скажет: "Сань, это все очень интересно, но несколько вопросов: когда ты вернешь мне деньги, сколько ты планируешь собрать в международном прокате и как ты гарантируешь международный прокат? Окей, у тебя проект будет стоить 6 млн. И ты можешь создать его, в лучшем случае, за четыре года, да? Если опять выключения света не будет. Сколько ты хочешь в прокате собрать?" Я скажу: "$40 млн". Он кивнет: "Амбициозно. А ты понимаешь что через пять лет, если даже ты мне 6 миллионов вернешь, это будут те же 3 млн, просто потому, что инфляция сожрет прибыль?".

Поэтому вопрос - как привлекать инвесторов без поддержки государства? Дело в том, что в Европе, например, из 10 полнометражных фильмов финансируются государством шесть. Да, возможно это финансирование на стопроцентное, но оно покрывает точно 60 процентов, а то может и больше.

Саша Рубан. Фото: facebook/radiotigra

Но, если я не имею финансирования от своей страны, то почему какая-то другая страна, или инвесторы из других стран захотят финансировать мой проект, в который не верит собственная страна, планирующая его производить?

И я понимаю, когда украинские бизнес-партнеры не хотят идти в анимацию, потому что результата и прибыли надо ждать годами. И вкладываться годами в то, что имеет потенциал, но одновременно имеет и высокий риск без поддержки и гарантий.

- Каким ты видишь будущее украинской анимации?

Таким, каким мы его сделаем. Все зависит от нас. Мы можем сидеть фантазировать о прекрасном, невероятном возвращении, ренессансе и все такое. Но если каждый день, каждый месяц, каждый год, мы не закладываем правильных, стратегических средств в развитие и содержание украинской анимации, содержание специалистов в этой индустрии, ее просто не будет. Потому что роза в пустыне не цветет. Нельзя ее туда посадить, сказать: "Знаешь что? Всем сложно. Цвети!".

Так нельзя делать ни с кем вообще. А почему оно будет цвести? Почему все должны деньги получать, чтобы что-то производить, а анимация должна быть как-то, не знаю, сама по себе. Что-то там сидит и делайте. В России есть "Институт развития интернета". Там просто дикие деньги. Знаете, сколько детского контента благодаря этому изготавливается? Тысячи единиц ежегодно. Куча сериалов, куча документальных, куча игровых, для семейного просмотра - куча. Ну, тогда получается, мы проигрываем информационную и культурную схватку. Идеологическую схватку. Это уже вопрос государственной стратегии.

Сам Владимир Орлов изложил в интервью "Українським Новинам" свое видение, что именно лежит в основе дела. А также, кто и с какой целью, по его мнению, пытается отправить за решетку бывшего чиновника.

В прошлом году НАБУ обвинило вас в якобы вымогательстве взятки за выделение земли под застройку пансионата. В то же время распространяется информация, якобы вы сами стали жертвой клеветы. Каково ваше видение этой ситуации?

Буквально несколько дней назад, 11 марта, я получил обвинительный акт и закончил ознакомление с материалами досудебного расследования. Так что уже могу давать определенные комментарии, не нарушая тайны следствия.

Если коротко по делу, то никаких средств я не получал и не принимал никаких решений по выделению предприятию 19 гектаров земли. Также никто из работников ОВА не слышал от меня указаний подготовить проект распоряжения подобного документа. Когда мне приносили такой на подпись, а такие факты были, я отказывал.

Но есть обвинительный акт. Какие вы видите в нем доказательства для утверждений, что дело против вас сфабриковано?

Да, немало интересного есть в самом обвинительном акте. Хотя бы такие фразы, как "потерпевшие отсутствуют" и "ущерб не установлен". Еще мы получили ответ на запрос адвоката, согласно которому нам должны были предоставить подтверждение того, что детективы выделяли средства для передачи мне в качестве неправомерной выгоды, чтобы взять, так сказать, "на горячем". Такого документа нет. Это очередное доказательство фальшивости обвинения, которое серьезно не воспринимали даже детективы, потому что понимали – я не собирался брать никаких денег.

Среди важных данных также показания директора предприятия, заинтересованной в аренде тех 19 гектаров земли. В интересах этой компании якобы и работал агент НАБУ Тороп, которого я давно знаю как Алексея Гончара. Так вот – она говорила, что ни Торопа, ни Гончара не знает. Собственно, как ни одного из сотрудников ОВА или меня. Конкретно этим земельным вопросом занимался представитель предприятия Олег Поденко. На допросе он тоже подтвердил – не знаком с Гончаром-Торопом.

То есть, ситуацию вокруг вас создали искусственно?

Очевидно, да. По факту – взятки нет, убытков государство и компания не понесли. Единственное, что есть – заявитель, который должен спровоцировать меня взять деньги. Впрочем, и этого по моей воле не произошло.

Какую цель, по вашему мнению, преследует такими действиями НАБУ?

По моему убеждению, дело заказное. Задача НАБУ – дискредитировать меня как государственного служащего как гражданина Украины. Детективы использовали для этого классическую провокацию. Впрочем, именно из-за моей позиции не смогли довести ее до логического завершения даже при идеальных для них условиях.

Вы сообщали, что сторона обвинения якобы не принимает во внимание ваши показания…

Мы дважды подавали ходатайство о закрытии уголовного производства. Только убедился, что это пустая трата времени в этой системе, потому что на такие письма возвращаются формальные отписки. В ходатайствах о проведении следственных действий было отказано частично. В то же время Гончар-Тороп свидетельствовал, будто бы за решение вопроса с арендой земли его просил взяться давний знакомый Геннадий, который сейчас за границей. В деле есть контакты данного человека, но детективы даже не установили его личность. Хотя мы настаивали на этом.

Странно, Геннадия никто не искал и не выяснял, какова его роль в деле. В то же время НАБУ просит продлить сроки досудебного расследования, ссылаясь именно на необходимость допроса этого мужчины. А в частной беседе детектив задается вопросом – зачем нам его искать? Мол, если всех разыскивать, то можно до Адама и Евы доискаться. Все понимают, что дело сфальсифицировано, но отыгрывать его назад никто не собирается.

Что известно о единственной зацепке обвинения в деле против вас – Алексее Торопе? Сейчас распространяется негативная информация о репутации этой персоны. Насколько она, по вашему мнению, правдива?

Долгое время я знал его как Алексея Гончара. Сейчас мне известно, что он менял фамилии. Был Карпенко, Шевченко и сейчас Тороп. Однако раньше о темной стороне этого человека я не думал, хотя общались с ним с 2011-го. Гончар выдавал себя за серьезного бизнесмена. Я сильно не интересовался, чем именно он занимается, потому что мы просто дружили. Впрочем, понимал – Гончар "решатель" определенных вопросов. Уже после того, как против меня завели дело, со мной стали связываться его знакомые и делиться подробностями о Гончаре. И уголовными производствами, и розыском в россии и его мошенничествах в Украине, за которое на нем два обвинения по 190 статье. Или дела до сих пор в судах. Кстати, в 2021 году его задерживали именно на махинациях с землей. Там цена вопроса была 1 млн. дол. В другом деле фигурировала сумма 700 тыс долл., то есть он крутил достаточно большими средствами, которые брал у людей ни под что.

Фигурировал ли Тороп-Гончар в делах, похожих на ваше?

Удивился, когда узнал, что заявителем по делу против главы Государственной судебной администрации Украины Алексея Сальникова стал Гончар. Он предложил и дал взятку за решение какого-либо вопроса, после чего Сальникова задержали сотрудники НАБУ.

Возможно, вам знакомы обстоятельства, которые побудили Торопа к показаниям против вас?

Когда мы последний раз общались, Гончар жаловался на проблемы с деньгами. Мол, у него четверо детей, и что жена ушла. Рассказывал, что арендует жилье в ЖК Новопечерские Липки, а это стоит немалых денег, и за детсад ежемесячно вынужден платить почти 100 тыс грн. После чего начал предлагать мне активы Константина Жеваго, а именно горно-обогатительный комбинат. Уверял, что у него есть выходы на его менеджеров, которые находятся в Лондоне. Это было не единственное предложение от Гончара. После этого он говорил о возможности покупки оборудования российского предприятия "Укртрансконтейнер" и карьера в Белой Церкви. Меня это не интересовало.

В общем, был длительный период, когда мы не общались с Гончаром. Он появился снова в конце 2023 года. Намекнул, что нажил проблемы с правоохранительными органами, а во избежание последствий вступил в ряды ВСУ и служит на Донбассе. Попросил о помощи для войска. Этот запрос я тогда закрыл – передал ему тепловизор, автомобиль и продукты питания. Как ни странно, в материалах моего уголовного производства есть даже грамота от командира той воинской части, которая получила эту помощь.

Как вы объясняете такие предложения Гончара-Торопа?

Сейчас я понимаю, что это была попытка хоть на чем-нибудь подловить меня. Когда не получилось, у Гончара появилась новая идея – уговорить меня подписать документы о предоставлении одному из предприятий Днепропетровщины земельного участка в долгосрочную аренду. Что, собственно, и привело к судебному делу против меня.

Вы говорили о заказном характере дела. Есть ли у вас подозрения, кто стоит за этим?

С конца 2023-го мне неоднократно прямо намекали, что за мной "охотится" НАБУ. Удивлялся, потому что моя должность – это категория «Б» государственной службы, следить за которой – не в компетенции НАБУ. Однако говорил об этом лично глава областной военной администрации Сергей Лысак. На что я ему откровенно отвечал: если нужно, чтобы я ушел, то я не прочь уволиться. Но Лысак тогда сказал: ты меня устраиваешь – работай. Не ожидал позже после этих слов увидеть в дела его показания. В них он писал, что, по его мнению, я не отвечал качествам, которые должны быть у первого заместителя председателя ОВА. Мы вместе работали с февраля 2023 года. И он не похож на человека, который будет терпеть возле себя подчиненного, более того, первого зама, который его не устраивает. Но имеем, что имеем.

Думаете, что Тороп-Гончар мог работать в сговоре с вашим боссом Лысаком?

О связи с Гончаром-Торопом мы можем сейчас только догадываться. Впрочем, выглядит подозрительно, что мошенник с российскими корнями был слишком осведомлен о том, что происходит в областной военной администрации. Знал детали о предприятии, которое обращалось за арендой земли в администрацию, отказа в этом. Как я уже говорил раньше – Гончара уличили в мошенничестве в 2021-м. Это сделали сотрудники СБУ. А, как известно, Лысак – действующий сотрудник Службы. Есть немало фактов о начальнике Днепропетровской ОВА, но не хочу озвучивать их, по крайней мере, до заседания суда.

Однако могу сказать, что, учитывая их, в конце июля 2024-го я решил по собственному желанию уйти с должности его первого заместителя. Это был обдуманный шаг и исключительно мое личное решение.

Если вы ушли с должности, почему вас так сильно стремятся посадить в тюрьму?

После увольнения у меня было несколько предложений по трудоустройству. Я не собирался торопиться, но накануне вручения подозрения 23 октября 2024 года мне звонили по телефону и говорили, что мою кандидатуру рассматривают на руководящие должности в одной из областей. А уже утром у меня на пороге появились детективы НАБУ. Скажете, совпадение? Не думаю.

Не кажется ли вам, что фейковые обвинения в коррупции все чаще в Украине становятся методом сведения счетов? То ли устранение конкурентов, то ли вымогательства от чиновников нужных решений?

Когда об этом читаешь в новостях, просто понимаешь, что такое может быть. Впрочем, когда оказываешься в эпицентре сфабрикованного против тебя дела, смотришь на все уже под другим углом. Сейчас я четко вижу, что такое НАБУ. Надо понимать, что это структура, на которую тратятся средства не только украинских налогоплательщиков. В нее инвестируют деньги американцы, европейцы. Бюро же следит не за тем, за чем должно было бы, а контролирует тех, кого хочет или выгодно.

Какие у вас есть основания так утверждать?

Посмотрите на дела, по которым сейчас открыты подозрения. Среди них много таких, где материалы собирались еще в 2016-2019 годах. То есть, детективы что-то документировали, но бумаги лежали на полках и ждали, на мой взгляд, своего времени или политической необходимости.

Так случилось и в моей ситуации. Разговор с Гончаром-Торопом был в мае, а НАБУ наведались ко мне только через пять месяцев, уже когда я уволился. Это о чем говорит? О том, что наступила политическая необходимость сделать из меня токсическую личность. "Подправить", так сказать, мою репутацию в нужном для некоторых людей русле.

Будете ли вы отстаивать свои права в Европейском суде по правам человека, если украинская Фемида станет на сторону обвинения?

Практику Европейского Суда мы уже изучали. Можете не сомневаться – мы точно будем идти до конца. Использовать все законные методы, чтобы отстоять справедливость. Почему? Действия детективов НАБУ, которые против меня использовали моего знакомого, незаконны. В них есть все признаки провокации. К тому же недоказанной провокации, потому что никаких средств я не брал и не принимал ни одного незаконного решения. Это факт, который, надеюсь, мы сможем доказать в Украине, если нет – то в Европейском суде.

«24 канал» поговорил с Виленой Вороновой о секретах построения персонального бренда, экономической эффективности его проектов и о том, как «поющий ректор» превращает любую идею в прибыльный бизнес.

– Какой бренд можно считать успешным? Какие «рецепты», чтобы стать владельцем капитализированного бренда? В чем, по Вашему мнению, секрет персонального бренда Михаила Поплавского?

– Успешный бренд – это результат системной работы, сочетания многих факторов и уникальной идентичности. Нет магической формулы, которая автоматически создает ценный бренд. Основной рецепт – это глубокое осознание своих сильных сторон, постоянная работа над собой и правильное позиционирование.

Вилена Воронова проанализировала личный бренд Поплавского / Фото, 24 Канал

Михаил Поплавский – прекрасный пример того, как личная уникальность, мастерство, коммуникационные навыки и сильная интуиция могут стать основой для создания персонального бренда. Он всегда акцентирует внимание на индивидуальности, что вызывает доверие и эмоциональную связь с аудиторией. Сегодня он подтвердил факт того, что в мире нет ничего зеркального. Всё индивидуально и неповторимо. И доминирующую позицию в этой иерархии неповторимости занимает ЧЕЛОВЕК.  А еще сила его собственного бренда в подлинности.

Михаил Поплавский – пример того, как честно и искренне создать мощный личный бренд / Фото, 24 Канал

– В подлинности? Удивили. Трудно поверить, что в наше время там где место пиара и PR-технологиям может остаться место для подлинности?

– Подлинность – это основа успешного бренда. Потребители ожидают, что декларируемые им ценности будут соблюдены полностью. Честность и прозрачность – ключ к долгосрочному успеху.

Михаил Поплавский – это человек, умеющий очаровать своим откровенным подходом. Читая его книги или слушая интервью, ты чувствуешь искренность и эмоциональность, которую невозможно игнорировать. Его смелые заявления и нестандартный взгляд вызывают реакцию, обращают на себя внимание и оставляют след в памяти.

Исследования показывают, что эмоциональная реклама работает лучше: она формирует доверие и положительное отношение к бренду. Поплавский понимает это и умело использует эмоции как инструмент для общения со своей аудиторией.

В мире, где многие прячутся за масками или играют роли, Поплавский отличается тем, что остается собой. Он – мастер создания яркого шоу, но это всегда шоу о правдивости и индивидуальности, а не об игре по чужим сценариям. Его формат – это вдохновляющая подлинность.

Он всегда использует свой шанс и пишет собственную историю, став сценаристом и режиссером своей жизни, доверяя собственной интуиции, которая как дар Творца помогает ему не изменять себе и жить так, чтобы о нем сказали: «Veni, vidi, vici».

История Поплавского вдохновляет его студентов / Фото, 24 Канал

– Михаила Поплавского сегодня можно считать человеком-брендом? Или это миф, который удачно используется для собственного пиара?

- Михаил Поплавский – это человек-бренд, и это не просто миф или результат удачной PR-кампании. Продуманная и сильная стратегия, основанная на сочетании харизмы, упорного труда и смелости быть собой.

Как говорится: «Создавайте о себе легенды, ведь даже Боги начинали с этого». Легенды привлекают внимание, заряжают энергией и формируют интерес. В случае Поплавского он всегда оставался в центре внимания – кто увлекался его талантом, кто критиковал. Но это разнообразие реакций лишь усиливало его узнаваемость, а через его образ привлекалось внимание к возглавляемому им Университету культуры.

Сегодня бренд Поплавского стал чем-то  большем – он объединяет его личностные качества, ценности с новыми инициативами и проектами. Он фактически показал, как капитализировать свой бренд и использовать его в качестве платформы для создания новых успешных стартапов. Это его уникальный вклад в становление современного брендинга в Украине.

Использование теории стресса в PR-кампаниях – это рискованный, но иногда очень эффективный инструмент. Например, Михаил Поплавский, доказал это своим проектом «Поющий ректор как технология». Несмотря на критику и негативные комментарии типа «Кто дал ему микрофон?», этот PR-ход стал успешной коммуникационной стратегией, которая принесла безоговорочный успех.

Поплавский рискнул привлечь внимание к себе через противоречия, доводя аудиторию до своеобразного «стресса». Однако именно это позволило ему построить крепкую эмоциональную связь с публикой. Телевизионные шоу, концерты, перформансы – все эти средства помогли установить раппорт с аудиторией и вызвать эмпатию.

Поплавский умеет ломать стереотипы и устранять клише. Он создал новую парадигму в своей сфере – строить бренд через смелость, экспрессию и уникальность. Его деятельность выходит за пределы творчества: он сделал Киевский национальный университет культуры и искусств настоящим брендом, сильным и узнаваемым в Украине. Это яркий пример того, как личность может трансформировать институцию и сделать его символом качества и инноваций.

Сегодня Михаил Поплавский, ректор Киевского национального университета культуры и искусств (КНУКиИ), своим упорным трудом и новаторским подходом сделал университет настолько узнаваемым, что его называют просто – «университет Поплавского» и занимает лидирующие позиции в топрейтингах среди ЗВО.

Поплавский поднимает уровень образования в Украине ради будущих поколений / Фото, 24 Канал

Михаил Поплавский не только развивает заведение, он активно работает над повышением конкурентоспособности украинского образования, понимает его важность для интеллектуального и духовного развития общества.

Он легко разрушает культурные стереотипы, создавая новые тренды и вовлекает в работу лучших специалистов.

Его талант заключается в умении объединять тех, кто готов работать во благо культуры, видя ее как основу государственности и духовную силу нации. Его университет стал не просто учебным заведением, а символом национального духа и современного подхода к культуре.

- А если перейти на язык экономический, то что в первую очередь Вы можете сказать о бренде Михаила Поплавского?

– Бренды призваны обеспечивать своим владельцам прибыль.  Точка. Если ваш бренд не приносит вам прибыли, значит, вы, вероятно, наслушались бреда и пустой болтовни о брендинге.

Я уже говорила, что Поплавский успешно капитализировал свой личный бренд. Он знает основы поведения потребителя, знает основы маркетинга, а также все другие бизнес-механики, которые используются для создания и поддержки бренда на современном рынке. Его сеть ресторанов «Батькивська Хата» стала не только проукраинской гастрономической визитной карточкой, но и культурным маркером. Она популяризирует украинскую кухню и национальные традиции, превращая трассу «Киев-Одесса» в туристический маршрут.

Поплавский создал мощный гастрономический бренд / Фото, 24 Канал

Это известный гастрономический бренд, который базируется на традиционных украинских блюдах – варениках, борщах и даже крапиве. Он удачно соединил гастрономию и туризм, показывая, как национальная кухня может мотивировать туристов и  привлекать инвесторов.

– Есть ли взаимосвязь успешности личных брендов с брендом страны?

–Успешные украинцы – успешная Украина. Михаил Поплавский продвигает не только свой личный бренд и Университет культуры, но украинскую культуру, идентичность и идею национальной гордости.

От «простого парня из села» до «поющего ректора» и общественного деятеля. Он не просто популяризирует себя, а строит национальный бренд.

Одним из ключевых его достижений является создание проектов, поддерживающих украинское искусство и молодые таланты. К примеру, детский телевизионный конкурс «Крок до зирок» дал многим молодым артистам возможность сделать первые шаги к успеху.

Благодаря таким инициативам, Поплавский не только популяризирует украинскую песню, но и формирует основу для будущих поколений, верящих в силу своего таланта и нужности своей стране.

Михаил Поплавский ориентируется на будущее, создавая новые идеи и проекты. Его личный бренд неразрывно связан с брендом страны.  Он понимает, что бренд Украины – это ежедневная работа,  каждый должен вносить в него свой вклад. Люди, которые преуспевают, становятся своеобразными послами своего государства.

Михаил Поплавский – настоящий амбассадор бренда Украины / Фото, 24 Канал

Поплавский доказал, что сила бренда «Украина» – в ее эмоциональном наполнении. Он объединяет вокруг себя тех, кто готов вкладывать свои усилия в развитие нации, чтобы каждый мог гордиться своей страной. Его миссия – помочь Украине занять достойное место в мире, благодаря культуре, творчеству и национальной идентичности.

В этом году Михаил Поплавский стал трижды дедушкой. Но маленького Мирона еще не видел – вместе с родителями и двумя братьями он живет сейчас за границей. Михаил Михайлович уже не помнит, когда брал выходной и даже удивляется, когда об этом спрашиваешь. Он очень тщательно следит за своим здоровьем, не употребляет сладкого, не пьет алкоголь, не курит сигареты и уже много лет предпочитает бычьи яйца.

- Молодость – это состояние души, – говорит Михаил Михайлович, с легкостью бегая по просторным коридорам Университета культуры, не замечая ступенек.  

"Не бойтесь ошибаться и быть смешными"

В эксклюзивном интервью "ФАКТАМ" Михаил Поплавский вспомнил переезд в Киев, переход на украинский, разрыв с первой женой и начало войны.

– Честно говоря, от комплиментов не удержаться. Михаил Михайлович, вам точно 75-ть будет?  

– И за каждый из этих лет я благодарен судьбе. То, как я выгляжу многолетний образ жизни. Я стараюсь хорошо высыпаться при температуре 16-17 градусов, умываюсь холодной водой, утром по китайскому методу: выпиваю стакан горячей воды 50-60 градусов, вода исключительно из колодца со своего родного села.  Три вареных яйца на завтрак без желтка. Употребляю только экологически чистые продукты своей молочно-товарной фермы – бычьи яйца, костный мозг из молодой телятинки, пью сыворотку или кефир на ночь.  Регулярно прохожу процедуры реофереза ​​– это метод очистки крови, применяемый для улучшения микроциркуляции и обмена веществ в тканях, снижает уровень общего холестирина и т.п. и плазмафереза ​​– это современный способ очищения крови от болезнетворных токсических веществ, кровь делится на плазму и кровяные тела. Еще я много хожу и не рекомендую в почтенном возрасте бегать как придурки – это большая нагрузка на сердечно-сосудистую систему организма, ну и обычно поддерживаю сексуальную энергию (смеется- Авт.). А еще отношусь ко всему философски: «не беру глупого в голову и тяжелого в руки». 

– Сейчас культура в Украине переживает настоящий бум и ваш университет, как никогда, становится актуальным. В чем причина перемен?

- На самом деле, университет культуры всегда был актуальным. Я больше тридцати лет внедряю национальную идею поддержки культуры. Национальная культура – ​​это и есть национальная идея. И горжусь тем, что сейчас мы испытываем большой культурный прорыв. Хотя тридцать лет назад меня за это «затюкували», за то что говорил и пел по-украински называли «селом». Тогда все слушали российских артистов, у большинства которых, кстати, было украинское происхождение.

- Известно, что и вы в свое время учились в школе, где преподавали на русском.

– Да, в Одесской области. Я начал переходить на украинский язык только, когда меня назначил ректором университета тогдашний министр культуры Иван Дзюба. Помню, меня упрекали: «У вас не литературное произношение». А я говорил: "У меня одесский диалект".

Михаил Поплавский – самый молодой ректор страны. 1993 год

- Это было начало девяностых годов…

– Да, 21 апреля 1993 года меня назначили ректором тогда еще Института культуры. Я почти интуитивно понимал, что нужно делать ставку на все украинское. Да, это была масскультура, которую поддерживают почти 90 процентов населения.  В конце концов, история показала, что я был прав.

– Ваш проект «Поющий ректор» стал легендарным. Его уже исследуют ученые по социальным коммуникациям и пиарщики.

– Кстати, он был создан как технология раскрутки Киевского института культуры. Юрий Рыбчинский и Геннадий Татарченко написали хит «Юный орел» и с этого все началось. Хотя поначалу я был категорически против того, чтобы выходить на сцену.

Возмущался: «Вы с ума сошли?! Я – ректор, доктор наук, профессор и буду переться на сцену?!»

– Вы понимали, что над вами могут смеяться.

– Да, но сейчас я говорю своим студентам – не бойтесь ошибаться, не бойтесь быть смешными. Чем больше мы ошибаемся, тем сильнее становимся. Меня всегда беспокоило то, что российская попса доминировала в украинском шоу-бизнесе. Мы выперли из украинского телепространства «Утреннюю звезду», запустили всеукраинский телевизионный детский конкурс «Крок до зирок» (1997 год). Затем вытеснили «Песню года» – создал авторский проект «Наша песня» (2004 год), который со временем изменил название и получил статус Национальной музыкальной премии «Украинская песня года», ежегодно когда это еще не было мейнстримом, традиционно в марте проводили масштабные Шевченковские вечера «Мы дети твои Украино!» (с 2008 года),

концерты в мае к Международному Дню матери «Мамо,вична и кохана» (с 2008 года). Воплотили беспрецедентный телемарафон украинской песни «Песня объединяет нас!» (2012 год), вошедший в мировую книгу рекордов Гиннеса как «Самый длительный музыкальный телемарафон национальной песни в прямом эфире». Весь мир наблюдал за триумфом нашей страны и мы доказали, что является более самой певучей нацией. Без перерыва на рекламу и новости 5 суток в прямом эфире на Первом национальном телеканале звучала украинская песня – 110 часов, 3 минуты и 27 секунд с 29 марта по 2 апреля. Также музыкальные фестивали проводились в Крыму, открывали филиалы университета в русскоязычных регионах. Я чувствовал, что когда-то наши усилия «выстрелят» и потихоньку бил в одну точку, так сказать «ковырял скалу». Причем, не переставая подчеркивать: «Я не певец и не вокалист. Я – популяризатор украинской песни, украинского языка, украинской культуры, каждый проект вместе с командой мы реализовывали под лозунгом «Держим вместе украинскую волну»!

– Вы не певец, а собираете многотысячные залы. На крайнем юбилейном концерте «Я украинец» во Дворце спорта было более 10 тысяч зрителей! Как это?  

– Как говорил один мудрый еврей, чтобы был хороший чай не жалейте заварки. Мы всегда создаем масштабные шоу – костюмы, грандиозные постановки с многочисленным балетом, виджеинг, спецэффекты. Удивить – значит победить. Мы дарим эмоции людям. Каждый концерт Михаила Поплавского – это еще и своеобразный творческий отчет КНУКиИ. Подготовка такого шоу – это практический опыт и значительный толчок дальнейшему развитию. Для меня важно, чтобы на сцену выходили молодые артисты, чтобы студенты понимали – добиться успеха может каждый, нужно только очень этого хотеть и много работать. Это моя патриотическая, политическая и жизненная позиция.

Михаил Поплавский – студент ПТУ №25 г.Горловка Донецкой области. 1968 г.

- Как оставаться собой и идти к своей цели, несмотря на критику.

– Не обсуждают того, кто ничего не делает. Я за свою жизнь сделал и делаю многое, а история рассудит. Я ошибался, падал – поднимался, падал – и снова поднимался. Я точно знал, чего хочу.  Всегда будут люди, которые вас не воспринимают. И всегда будут люди, которые будут просто вас любить.  Я всегда говорю студентам: Будьте на позитиве и действуйте! За вас никто не сделает ни родители, ни учителя, ни друзья. За вас сделаете только вы. У вас есть вы!

– В свои 24 года вы уже были руководителем районного дома культуры, имели, почти все. Но в один момент все оставили и уехали в Киев.

- Я понял, что мне нужно учиться, потому что в селе я бы спился и мне «наступили бы капци». Да, я имел многое, был уже женат, жил в трехкомнатной квартире, имел служебную «Волгу » с «оленем» на капоте, мотоцикл. Помню, предложил жене переехать в Киев. А она: «Или я, или Киев». Я выбрал Киев. Переехал, начал учиться и параллельно работать на пяти работах. Был даже воспитателем в общежитии «Киевресторантреста». Как бы тяжело мне ни было, я вкладывал в свой имидж и саморазвитие. Но все время мечтал накормить людей и думал, как стать успешным. Деньги нужны были для реализации моих проектов.

Михаил Поплавский – студент КГИК 1975-1979 гг.

«Самый успешный проект моей жизни – Университет культуры» 

- Мечты сбылись?

– А как же! Я реализовал свои мечты по максимуму. 

– Сейчас о чем мечтаете?

– Я живу сегодняшним днем. Прошлое нам неподвластно, что будет завтра – не знаем. Это пришло с началом большой войны. Сейчас как: проснулся, встал на две ноги – значит жив и слава Богу! А дальше – на работу.

– На самом деле, оказалось, для счастья много не нужно.

– Моя формула счастья уже запатентована. Эмоциональный интеллект с творчески прикладным характером начинает и выигрывает! Это неугасающая енергия, сила духа и действия в достижении поставленных целей, которые стали украинским путем длиной в жизнь.

Это именно то, чему мы учим наших студентов – философии лидеров, философии победителей, вере в себя и любви к своей профессии.  Вера – это магия. Я верил и горжусь сегодня самым успешным проектом моей жизни – Университетом культуры.

– Вы когда-нибудь думали о том, чтобы оставить его?

– Даже в мыслях не было! А вот другие этого хотели. При каждом президенте страны меня хотели сместить с должности, используя даже «грязные технологии» та я боролся и возвращался. В том числе через суды. Помню, во времена Кучмы ректоры даже петицию написали, что меня нужно устранить, потому что я был «неудобным» для них со своими реформаторскими идеями относительно изменения подходов к обучению и содержанию образования.  Ко мне с этой петицией приходили и из СБУ. Но я тогда им ответил, говорю: «Проект «Поющий ректор» – это оперативная разработка СБУ». Они почесали затылки, пошли разбираться и больше не приходили. 

– Вы самый взрослый среди топовых Инстаграм-блоггеров, публикуете исключительно украиноязычный контент и «разрываете» другие социальные сети. Сейчас у вас более 8 млн. 200 подписчиков в Инстаграм, больше только у президента Украины, в ТикТок – 1,5 миллиона, ваши клипы в YouTube набирают миллионные просмотры. Зачем все это вам нужно, вы так зарабатываете?

– Это мощный инструмент для популяризации и раскрутки Национального университета культуры и искусств, поддержки его имиджа и лояльности к бренду. Кстати, в этом году именно через соцсети мы набрали студентов. Нам нужно с целевой аудиторией общаться на молодежном сленге. Поэтому я создаю современный украиноязычный контент, продвигаю его в мировое информационное пространство через социальные сети. Моя миссия – вести за собой креативную, амбициозную и перспективную молодежь, которая будет творить новейшую историю Украины. Для меня это исключительно имиджевый инструмент для популяризации университета. Лучшая монетизация – это доверие и уважение, их не купишь. Мы создаем украинские проекты и популяризируем их. Хочу, чтобы наши украинские тренды были в топе и мир знакомился с нашей культурой, песней, кухней, традициями. Мы должны показать, что украинское – это модно, это в тренде и за этим будущее!

– У вас было предчувствие великой войны?

– Нет! Хотя я всегда говорил: бойтесь своих друзей, а не врагов. Но в кошмарном сне не мог предположить, что россия совершит нападение на Украину. Помню, ночь 24 февраля 2022 года я уже не спал. Слышал взрывы, видел, что танки заходят на Оболонь. Утром был в университете – решал, куда переселять наших студентов из общежития. Я не покинул Киев и каждый день был на работе. Тогда многие студенты и преподаватели жили в подвале университета.

– Вы ходите в укрытие?

– К студентам бывает хожу во время тревоги, чтобы поддержать их и зарядить оптимизмом. Общаемся, шутим, поем. Внушаю им веру, что все будет хорошо.  Ибо если есть Вера – будет и Победа!

– В чем ваш секрет успеха?  

– Мне не интересно, кто обо мне что думает и говорит. Главное, что я воспринимаю людей такими, какие они есть. Я всегда был самим собой, не пытался себя переделать. Нужно познать себя и найти свой уникальный путь. Это и есть успех! Верьте в себя. Мечтайте масштабно. Уверенно идите к своей цели. Удача любит упорных! Моя мечта сейчас – максимально успеть при жизни создать больше национальных проектов и оставить хороший след на земле!