подписаться на рассылку
26.5 26.9
28.3 28.7

Под молотом на наковальне

В процессе над экс-премьером власть загнала себя в тупик и вынуждена лихорадочно искать выход.

По легенде, когда казнили главарей восстания декабристов, у поэта Кондратия Рылеева оборвалась веревка, на что он якобы сказал: "В этой стране и повесить толком не умеют!" Ровно 125 лет спустя это высказывание могло бы перефразировать на свой манер Юлия Тимошенко, процесс над которой все меньше ассоциируется не только с торжеством правосудия, но и с эффективными "политическими репрессиями".

Шоу

Газовое дело экс-премьера передали в суд 17 июня. За это время новая всеукраинская знаменитость, 31-летний судья Печерского суда Киева Родион Киреев, провел 17 заседаний (18-е состоялось 4 августа). И уже после первого десятка заседаний общественное мнение было окончательно дезориентированной не только по течению, но и по содержанию процесса.

Ставка защиты Тимошенко на публичность процесса быстро перевела "дело века" в эстрадно-цирковое измерение. Сложно сказать, укрепила ли подсудимая свой авторитет среди избирателей постоянными словесными оскорблениями судьи. Однако и суд, и обвинение поддались на навязанный им сценарий. В результате телезрители получили возможность регулярно наслаждаться диалогами "Подсудимая, встаньте! - Я не встану перед этим судилищем!", все больше забывая о сути собственно дела.

Поведение депутатов, которых судья регулярно удаляет из зала за нарушение порядка, не играет в пользу Тимошенко: слишком уж сильна народная нелюбовь к народным избранникам, независимо от партийных цветов. Вместе с тем действия спецподразделения милиции "Грифон", бойцы которого 25 и 26 июля дубасили в зале заседания не только депутатов, но и журналистов, пятнают репутацию суда и власти в целом.

Не добавили уважения обвинению и срежиссированные проявления "народного гнева". Так, 6 июля судья Киреев заставил хохотать всех присутствующих, зачитав требованию Союза многодетных семей Киевщины взыскать с Тимошенко 997 млрд долларов "ущерба" за подорожание газа (примечательно, что судья даже не стал наказывать нарушителей порядка в зале). Уличные же выступления оплаченных "активистов" вроде "общественной" инициативы "Тимошенко - к ответственности!" уже ни у кого не вызывают даже смеха, особенно после того, как выяснилось, что им еще и задерживают зарплату.

Как утверждают многочисленные источники, за инициативой "многодетных" стоял губернатор Киевщины Анатолий Присяжнюк. Со своей стороны, митингами под стенами суда руководит председатель "Общевойскового союза" экс-нардеп Олег Калашников, а инициативу "Тимошенко - к ответственности!" ее же участники связывают с центральным офисом Партии регионов и вице-премьером Андреем Клюевым. Возникает впечатление, что единственным человеком, который искренне и самоотверженно трудится на этом поприще, является народный депутат Инна Богословская.

Право

Обвинительный акт Тимошенко насчитывает 73 страницы. 15 июля прокурор Лилия Фролова зачитывала его больше трех часов. Зачем - непонятно: перед тем судья Киреев "за нарушение порядка" удалил из зала суда и саму Тимошенко, и ее защитника Сергея Власенко (которого с тех пор лишили права участия в процессе), а заодно запретил и теле-и фотосъемку в помещении. Поэтому 22 июля Фроловой пришлось зачитать обвинение заново.

Основное обвинение - превышение служебных полномочий во время газовых переговоров с Россией и подписание известных соглашений от 19 января 2009 года. По мнению следствия, ими Тимошенко нанесла государству ущерб в особо крупных размерах. С точки зрения защиты, альтернативы у тогдашнего премьера не было, а цена газа, о которой она договорилась с главой российского правительства Путиным, была самой низкой из возможных. Кроме того, как отмечают сторонники экс-премьера, уголовное преследование было бы логичным, если бы подсудимая действовала по личным корыстным мотивам. Однако именно таких мотивов следствие по делу Тимошенко не нашло.

Дальше начинаются нюансы. Главный из них состоит в том, что превышение служебных полномочий должно иметь конкретное проявление. По мнению следствия, таким проявлением стали директивы Тимошенко тогдашнему главе НАК "Нефтегаз" Олегу Дубине подписать соглашение с Газпромом. Обвинение считает, что директивы должны утверждаться заседанием правительства, а премьер лично давать их не могла.

Разговоры с участниками заседания правительства 19 января 2009 позволяют восстановить события так: сначала председательствующий на заседании первый вице-премьер Александр Турчинов (Тимошенко была в Москве) действительно готовился поставить на рассмотрение вопрос о директивах Дубине. Министрам даже раздали соответствующий проект постановления. Но сопротивление представителей "президентской квоты" (прежде всего министра обороны Еханурова и главы МИД Огрызко) сразу показало безосновательность таких расчетов. Поэтому Турчинов быстро сменил тактику, заявив, что правительство собралось лишь "обсудить" вопросы, а отдать приказ председателю "Нефтегаза" Тимошенко может и сама.

Сегодня защита Тимошенко строит свою стратегию именно на том факте, что никаких правительственных директив Олегу Дубине просто не было. Относительно же того, что Тимошенко назвала "директивами" свое собственное поручение, то это, мол, законом не запрещено.

Выступления свидетелей, допрошенных на время подготовки этого материала в суде (включая четырех бывших министров), не дали преимущества ни одной из сторон. Кроме того, некоторые бывшие чиновники стали склоняться на сторону экс-премьера. Так, экс-министр Минтопэнерго Юрий Продан изменил свои предыдущие показания, "вспомнив", как передавал директивы Тимошенко Дубине (хотя не смог предъявить убедительных доказательств). А экс-министр транспорта и политический оппонент Тимошенко Иосиф Винский принял ее сторону, ибо, по его убеждению, газовый кризис-2009 решить другим способом было невозможно.

Однако не выигрышная для следствия тема директив возникла еще в апреле 2010 года. Именно тогда депутат-регионал Владимир Олийнык обратился в Генпрокуратуру с просьбой проверить законность выдачи Тимошенко директив на газовые договоренности "Нефтегаза" с Газпромом. Депутата вскоре поддержали своими обращениями вице-премьер Клюев и глава администрации президента Сергей Левочкин. Таким образом, процесс, который начался 15 июня 2011 года, собственно, опирался на старые наработки политических оппонентов Тимошенко, которые, возможно, и не подозревали, что в суде эти наработки вовсе не покажутся железобетонным аргументом.

Похоже, Партия регионов, придя к власти, не имела не только плана реформ, она не имела даже плана репрессий. При этих обстоятельствах суду не остается ничего, кроме как действовать диаметрально противоположно требованиям УПК, который гласит, что каждое сомнение в доказательствах следует толковать в пользу подсудимого.

Политика

Суд торопится. Тимошенко действительно затягивает процесс, меняя защитников, но и Киреев ведет себя странно, отказывая им в приличных сроках знакомства с пятью тысячами страниц дела (нынешнем защитнику Тимошенко Юрию Сухову на это дали 48 часов). Такая поспешность кажется еще более странной на фоне других резонансных дел: например, процесс Алексея Пукача, подозреваемого в организации убийства Георгия Гонгадзе, начался раньше, но дошел только до стадии ... установления личности обвиняемого.

Многочисленные процессуальные нарушения укрепляют мнение о политическом характере дела. Очередным ударом по обвинению стал выясненный журналистами факт рассылки писем, комментирующих ход суда со стороны свидетелей, из Администрации Президента Украины. Все это вряд ли поразит украинцев, но станет серьезным аргументом для иностранных наблюдателей.

Заграница - единственная сила, на которую обращают внимание организаторы процесса. Логика Запада прагматична: лишившись опасной соперницы на предстоящих парламентских выборах, режим Януковича имеет все шансы окончательно "зачистить" под себя украинское политическое поле. Но второй Лукашенко никому не нужен. Так что перспективы украинской власти и ее бизнеса на мировой арене в случае осуждения Тимошенко не утешительны.

В свою очередь, украинский режим не может позволить Тимошенко выиграть процесс. Ведь тогда она пойдет на парламентские выборы в роли триумфатора. В сочетании с критическим падением рейтингов власти это может иметь для Партии регионов крайне неприятные последствия.

Александр Михельсон для газеты "Тиждень".



Архив
Новости