Публикации 2016-12-07T05:25:12+02:00
Українські новини
​Конец "Прекрасной эпохи". Звонит ли по нам колокол?

​Конец "Прекрасной эпохи". Звонит ли по нам колокол?

Украина в 21 веке кажется западным европейцам такой же далекой, как Сараево в 1914 году. И эта расслабленность пугает.

96 лет назад 11 ноября рано утром в штабном вагоне французского маршала Фердинанда Фоша несколько человек подписали документ, положивший конец четырехлетнему конфликту. Погибло более 10 млн военных, а потери среди мирных жителей от боевых действий и болезней составили около 11,5 млн человек. Документ позже был назван Компьенским перемирием, а война – Первой мировой.

Чудовищность этого конфликта была не только в количестве жертв и его глобальности, но и в том, что он прервал на взлете и похоронил одну из самых оптимистичных и обнадеживающих эпох в европейской, а может и мировой истории.

"Прекрасная эпоха"

La Belle Époque –так во Франции и Бельгии назвали период с конца 1870-80 годов и 1914 годом, между Франко-прусской войной, последним военным конфликтом в Западной Европе 19 века и Великой войной, которую позже назовут Первой мировой. Именно об этом времени писал Борис Акунин в эпиграфе к фандоринской серии:

Памяти XIX столетия, когда литература была великой,

вера в прогресс безграничной,

а преступления совершались и раскрывались с изяществом и вкусом.

Можно обвинить автора в идеализме, в конструировании своего "золотого века". Пожалуйста. Но вспомним, что во время Belle Époque возникло автомобилестроение и воздухоплаванье, электричество и радиосвязь, родился синематограф и массовая фотография, телеграфные кабели и железнодорожные колеи опутали мир. Эти вещи, которые перевернули мир, больше, чем изменения многих прошедших веков. В конце 19 века родилась бактериология, генетика, ядерная физика, теория относительности Эйнштейна. В итоге в человеческом мировоззрении появился культ науки, когда считалось, что постижение всех тайн мира – это только вопрос времени.

Первые полеты братьев Райт. Фото: protofoto.ru

В европейской политике закончились внутренние потрясения и войны – последней революцией в Западной Европе стала Парижская коммуна, последней войной - Франко-прусская. Конечно, соперничество между великими державами и внутренние конфликты никуда не делись, но они происходили либо на задворках Европы и в колониях (Русско-турецкая война 1877-1878 годы, Балканские войны 1912-1913 годов, Англо-бурская война 1899-1902 годов, русско-японская война 1904-1905 годов), либо разрешались дипломатическими путями (фашодский инцидент между Англией и Францией в 1898 году или соперничество Франции и Германии за Марокко в 1904-1911 годах). А внутриполитические кризисы в великих державах не приводили к революциям и гражданским конфликтам, хотя предпосылки имелись (социалистическое и анархистские движения, "польский" и "ирландский" вопросы", дело "Дейфуса").

Рост экономики великих держав привел к увеличению благосостояния значительной части людей, а удар капитализма по традиционному общественному укладу запустил в невиданных ранее масштабах социальные лифты. Дети крестьян могли получать университетское образование, создавать преуспевающие компании, голосовать на выборах и даже избираться депутатами парламентов. Несколько веков назад такого просто невозможно было себе представить, это казалось большей фантастикой, чем разговоры об искусственном интеллекте и полетах на Марс в нынешние времена.

А если человек не видел перспектив на родине, то открытые границы, железные дороги и огромные трансокеанические теплоходы позволяли ему попытать счастья в дальних странах. И люди пользовались этим – около 10% мирового населения в Belle Époque стали иммигрантами. Европейцы уезжали в Америку, Австралию, Северную и Южную Африку, китайцы – в Малайю и Филиппины, индийцы – в Южную Африку, на Мадагаскар и в Суринам.

Изобретение и конвейера и распространение массового производства сделало товары дешевле и создало общество массового потребления, по крайней мере для элиты и среднего класса. Одежда стала играть не только утилитарную, но и эстетическую роль для большинства граждан, мода стала международным явлением, появился досуг – а с ним кафе, кабаре, кинотеатры.

Конвейер Форда. Фото:auto.sibkray.ru

Беспечность элит и катастрофа

Такое нравилось не всем. Не сумевшая приспособиться к новым временам часть элиты плакала по утраченному "золотому времени", когда аристократия правила балом, декадентствующая богема предрекала упадок вследствие "механизации" культуры и образа жизни людей, а борцы за всеобщее счастье клеймили пропасть между богатыми и бедными.

Но большинство общества смотрело в будущее с надеждой. Прогресс казался неудержимым, а опасность милитаризации общества недооценивалась. Русский банкир Иван Блиох считал, что прогресс ведет к появлению столь разрушительного оружия, что сама война должна исчезнуть. Ему вторил британский журналист и политик Ральф Энджел, который считал войну между великими державами невозможной из-за взаимозависимости их финансово-кредитных систем.

Даже те, кто работал с последствиями серьезных локальных конфликтов, таких как Балканские войны 1912-1913 годов, не верили в возможность большой войны. Член международной комиссии, которая готовила отчеты об этой войне, британец Генри Брэйлсфорд писал:

"Эпоха завоевательных походов в Европе закончилась, и, за исключением Балкан и окраин Российской и Австро-Венгерской империй, границы наших стран окончательно проведены. Я думаю, что никакой войны между шестью великими державами не будет".

Но все они ошибались. Убийство эрцгерцога Франца-Фердинанда в 1914 году в Сараево переросло в мировую бойню и некоторые политики в воспоминаниях просто не могли объяснить, как такое могло произойти. Замечательно это иллюстрирует беседа между двумя германскими руководителями о причинах и расширении той войны. Бывший канцлер спрашивал: "Как же это случилось?", а его преемник отвечал: "Ах, если бы знать!"

Убийство Франца-Фердинанда. Иллюстрация: 3.bp.blogspot.com

Déjà vu

Казалось бы, все вышеприведенное, это интересный, поучительный экскурс в историю – и ничего больше. Очень хотелось, что это было так, но схожесть между "Прекрасной эпохой" и временем между распадом СССР и нынешним конфликтом между Россией и Западом настораживает.

Это время стало для Европы эпохой оптимизма. Казалось, что угроза большой мировой войны ушла навсегда, западная либеральная модель не имеет альтернатив и будет победным маршем распространяться по миру. Эту идею хорошо иллюстрирует произведение Фрэнсиса Фукуямы "Конец истории". Создание и активное развитие Европейского союза дало для континента надежду, что эпоха конфронтации навсегда ушла в прошлое и ряд политиков-оптимистов предвкушали скорое создание Соединенных Штатов Европы от Лиссабона и до Урала, а возможно и до Владивостока.

Фрэнсис Фукуяма. Фото: rossiyanavsegda.ru

В конце 90 годов был расшифрован геном человека, а затем клонировано первое животное – овечка Долли. Это предвещало революцию в медицине и люди стали серьезно говорить если не о бессмертии, то о значительном увеличении качества и длительности жизни.

Конец 20 – начало 21 века стало эпохой глобализации, невиданной ранее. И поспособствовала этому новая фаза научно-технической революции – революция связи и компьютерных технологий. Интернет и работающие с ним мобильные гаджеты стали для развитых стран (а также для элиты и среднего класса в развивающихся странах) не менее важны, чем электричество. Обыватели в крупных городах, бюрократия развитых стран и международные корпорации просто не понимают, как можно было раньше жить без этих устройств.

Все больше людей во всем мире покупают похожие товары, смотрят одни и те же фильмы. Барьеры между государствами стали исчезать, их влияние на экономику сокращаться – многие заговорили о том, что транснациональные бизнес-корпорации заменят национальные государства по аналогии с тем как эти самые национальные государства заменили традиционные сословные монархии в 19 веке.

Западное общество поверило в невозможность большой войны, поскольку она будет невыгодна никому. Конфликты на Балканах, Афганистане, Ближнем Востоке стали традиционными, привычными, но "золотой миллиард" привык к миру и комфорту в своем доме. Украина в 21 веке кажется западным европейцам такой же далекой, как Сараево в 1914 году. И эта расслабленность пугает. В начале 20 века человечество не смогло обуздать разбуженных новым мироустройством демонов. Будет ли более удачной новая попытка? Хочется верить, что новый Гаврила Принцип еще не спустил курок.



Архив
Новости

ok