подписаться на рассылку
26.5 26.9
28.3 28.7

Генрик Литвин

Генрик Литвин: нельзя формально зафиксировать, что Украина будет членом Европейского Союза

1 января заканчивается период председательствования Польши в ЕС, одним из приоритетов которого она определяла поддержку для евроинтеграции Украины. Как Вы оцениваете выполнение этой задачи и в целом председательствование Польши?

В общем, мы позитивно оцениваем свое председательствование. Его положительно оценили извне - со стороны партнеров из Европейского Союза и брюссельских структур. Они отметили, что это было очень активное председательствование в рамках, предусмотренных Лиссабонским  соглашением.

Что касается наших приоритетов, то очевидно, что это "Восточное партнерство", ведь Украина - наш основной партнер и сосед. Мы смотрели на эти полгода реалистично, поэтому мы удовлетворены.

Если говорить о "Восточном партнерстве", мы довольны саммитом. Нас устраивает, что был принят ряд решений, и теперь перед нами ясная перспектива сотрудничества на будущее. "Восточное партнерство" включено в новую бюджетную перспективу. Для нас очень важно, что мы будем финансово поддерживать его. Свою заинтересованность подтвердили и наши партнеры - как со стороны Европейского Союза, так и шести стран.

Я бы тут отметил некоторую позитивную эволюцию украинской позиции в отношении "Восточного партнерства". Сначала были опасения, что это идея, которая должна затмить интеграцию. Сейчас наши украинские партнеры уже поняли, что это только дополнительный инструмент, дающий возможность ускорить некоторые процессы в рамках интеграции, а никак не остановить ее.

Это не политическая структура, это структура конкретного сотрудничества, его новых возможностей.

Как бы Вы могли резюмировать саммит Украина-ЕС 19 декабря? Какие последствия саммит будет иметь для Украины?

Вы знаете, саммит "ЕС-Украина" - это не событие, которое происходит раз в 10 лет и должно быть связано с огромным шагом куда-то, это нормально, это структура контактов Европейского Союза с важными партнерами. Мы делаем итоги последнего периода отношений и договариваемся относительно рамок сотрудничества на будущее.

Да, ожидалось немного больше в отношении соглашения. Но, честно говоря, между декларацией о  завершении процесса переговоров и парафированием нет существенной разницы. Это лишь технический вопрос, в нем нет политики. Саммит должен быть подтверждением реальности, и если есть отличие в подходах по некоторым вопросам - саммит укажет на эту разницу. Она есть, и это - ни успех, ни поражение. Она просто есть.

Как историк считаю, что стоит сравнить этот процесс с другими интеграционными процессами, наиболее сложным элементом был как раз период переговоров. То, что у нас сейчас есть готовый текст - это огромный труд и очень важно, что мы прошли этот путь. Все обращают внимание на политические расхождения. Но они сегодня есть, а завтра их может не быть. Можно решить это, подписать, ратифицировать и не будет никаких проблем. Этого можно достичь в один момент, ведь это решение лидеров.

Переговорный процесс пройден, и это успех, тут нет сомнений. И это не только украинский, но и европейский успех. Так же смотрят на это наши коллеги из Брюсселя.

Очевидно, что это - не компетенция председательствования. Это -  атмосфера, способствующая завершению переговоров, а тут есть некоторая роль председательствования.

Раньше Украина настаивала на закреплении европейской перспективы в соглашении об ассоциации. На саммите было сделано совместное политическое заявление с признанием европейской идентичности Украины. Можно ли считать это проигрышем Украины?

Это цена переговорного процесса. В переговорном процессе всегда определяется цель, которая учитывает компромисс - поиск места встречи между изначальными целями сторон.

Главное – это согласие  и то, что мы, в конце концов, поняли друг друга, и поняли, что нельзя формально зафиксировать уверенность относительно того, что Украина будет членом Европейского Союза, потому что интеграция – это процедура, которую необходимо пройти.

И не могло быть такого подтверждения. То, что мы договорились относительно текста, означает, что все поняли разницу в подходах. Политически в Европе для всех очевидно, что Украина имеет право хотеть быть членом ЕС. Но соглашение и закрепление перспективы членства может наступить лишь тогда, когда мы уже начинаем конкретные переговоры по членству, а раньше записывать это в формальном документе не имеет смысла.

Я не вижу никакого поражения в том, что мы нашли, так сказать, решение для того, как говорить о европейском будущем Украины. В любом случае европейское будущее Украины в руках украинцев.

Дипломаты выражают сомнение по поводу возможности не только ратификации, но также подписания соглашения относительно дела Тимошенко и дел в отношении оппозиции в Украине. Как в целом в свете последних событий Вы оцениваете шансы Украины на заключение соглашения об ассоциации?

Теоретически все возможно, но сейчас нет смысла анализировать, как и почему соглашение может быть не подписано. Мы закончили переговорный процесс, сейчас проходят процедуры, связанные с подготовкой к парафированию. Надо перейти к этапу подготовки к подписанию, и очевидно, что тут могут быть разные осложнения, будет еще этап ратификации, тут также могут возникнуть трудности.

Существующие расхождения много раз подчеркивались. Они могут влиять на скорость процесса, его эффективность. Все, кто хотел бы, чтоб этот процесс проходил успешно и так быстро, как это возможно, должны думать о том, как привести к тому, чтоб не было расхождений, а не искать возможные препятствующие элементы.

Как отреагировали в Польше на решение апелляционного суда по делу Тимошенко?

Что касается апелляции, мы ожидаем официальной информации из суда. А если говорить о СМИ, об общественном мнении, они обращали внимание, что это решение является комментарием к саммиту, что это показывает расхождения, существующие между Украиной и ЕС. Разочарование очевидно.

Какое влияние на дальнейшую интеграцию Украины будут иметь парламентские выборы в 2012 году?

Будет наблюдение ОБСЕ, будет оценка ОБСЕ, как всегда. Если допустить, что она будет негативной, то, очевидно, это будет большой трудностью как для сотрудничества Украины и ЕС, так и для интеграционных процессов. Это будет большим препятствием и шагом назад. Но это не значит, что так случится.

Нужно сказать конкретно относительно этих выборов. Мы имеем дело с новым законом о выборах и оценками этого закона. Есть негативные оценки со стороны госпожи Тимошенко. Но есть также и позитивные оценки этого закона, сделанные политиками оппозиции. Мы считаем, что с точки зрения стандартов проведения этот закон соответствует тому, чего ожидала "Венецианская комиссия". Статьи, относящиеся к процессу проведения выборов, в порядке, там все так, как должно быть. А что касается субъекта негативных оценок, то это скорее политический вопрос.

Хорошо ли это, что есть половина мандатов для одномандатных округов? Это оценка в отношении политической реальности момента - сегодня это может помогать одним, а через 5 лет другим. Это не структурная разница.

Проходной барьер - 5%. Нам в Польше сложно его критиковать, ведь у нас он такой же, тоже 5%.

Что касается избирательной процедуры, то можно позитивно оценить этот закон.

Как Вы оцениваете сотрудничество Украины и Польши в 2011 году?

Со стороны польского бизнеса, его экономической активности, оценки, я бы сказал, средние. Отмечается прогресс во многих моментах, но одновременно обращается внимание на оставшиеся барьеры, ведь в некоторых вопросах ситуация ухудшилась. Польский, и не только польский бизнес преодолевает  очень много трудностей - административных, бюрократических барьеров, плюс коррупцию. Мы будем разговаривать с коллегами из украинского правительства, из администрации о том, что можно здесь позитивно изменить.

Другое дело, если говорить про нашу активность в рамках популяризации польской культуры в период польского председательствования и не только. Сотрудничество развивалось очень успешно, и мы очень довольны. Мы очень благодарны за поддержку с украинской стороны, со стороны правительства и Администрации Президента, других институций, украинских организаций, которые с нами сотрудничали. Наша оценка сотрудничества в этом году очень-очень высокая.

Если говорить о политическом диалоге, то он развивался активно. Контакты между Украиной и Польшей очень интенсивны на протяжении долгих лет, и последний год только подтверждает это. Мы подсчитали, что Президенты встречались 9 раз. Это показывает, насколько насыщенны эти отношения. Мы можем быть довольны политическим диалогом.

Как Вы оцениваете перспективность достройки нефтепровода "Одесса-Броды" до Плоцка, о котором много говорили? Возможна ли реализация нефтепровода "Одесса-Броды-Плоцк" вообще?

Много говорилось, но говорилось между политиками. Нет сомнений, что это интересный проект, соответствующий политической атмосфере украино-польских отношений. Было бы очень интересно иметь такой экономический элемент наших отношений. Но если нет сомнений, что политическая оценка позитивна, и есть политическая воля реализовать этот проект, то нет экономического подтверждения. Нет конкретных экономических субъектов, которые хотели бы включиться в этот проект.

С польской или с украинской стороны?

Вообще нет. Надо строить и в Польше, и в Украине. Но нужны конкретные компании, конкретные инвесторы. Есть политическая воля, политическая декларация содействия со стороны государств, но для осуществления нужны конкретные инвесторы, которые хотели бы вложить в проект финансовые средства. Нет такой возможности, чтоб этим занимались государства.

Эксперты считают, что чтобы заработал такой огромный проект, нефти должно быть больше, чем то количество, которое Азербайджан готов давать сегодня. Важно привлечь дополнительного партнера, который мог бы добавить свою нефть к азербайджанской, или искать возможностей получать из Азербайджана большее количество.

Планируется ли открытие новых консульств Польши в Украине?

Я бы хотел это сделать. У нас эта робота еще не завершена. Но более конкретно я пока не могу сказать. Мы должны добавить новые элементы в эту структуру. Это очевидно. Например, Восточная Украина. Всего в Украине семь польских консульских округов, шесть на 60% населения, один - на 40%. Там, где 40% - это Харьков. Но как скоро это будет возможно? Ведь сейчас в Европе финансовый, экономический кризис.

Какова повестка дня украино-польских отношений в 2012 году?

Евро будет иметь влияние, без сомнения. Кроме этого, мы начали официальные работы в Быковне, и хотели бы закончить их в польской части в следующем году. И тогда, наверное, Президент захочет приехать, потому что это очень важное дело для Польши.

В этом году было 9 таких встреч Президентов. Я уверен, что контактов в 2012 году будет столько же, а может и больше и, разумеется, на Евро приедет очень много гостей из Польши.



Архив
Новости