подписаться на рассылку
26.5 26.9
28.3 28.7

Сергей Власенко

Сергей Власенко: я не исключаю, что Тимошенко насильно вывезут в Апелляционный суд

Завтра Апелляционный суд Киева начнет рассматривать по существу жалобу экс-премьера Юлии Тимошенко и ее защитников на приговор, по которому она должна отсидеть семь лет и компенсировать миллионные убытки НАК "Нафтогаз Украины". В интервью корреспонденту газеты "Коммерсант-Украина" Валерию Калнышу руководитель группы защитников экс-премьера народный депутат Сергей Власенко рассказал о тактике ее адвокатов в суде. Между тем из его слов следует, что выйти на свободу Юлия Тимошенко сможет либо если этого захочет президент Виктор Янукович, либо в том случае, если судьи проявят принципиальность и не поддадутся давлению со стороны администрации президента.

— В пятницу на пресс-конференции вы сознались, что умышленно обманули журналистов относительно срока задержания Юлии Тимошенко, назначенного Шевченковским районным судом Киева. Из ваших слов следовало, что ее задержали на два месяца, в то время как на самом деле — бессрочно. Когда еще вы обманывали журналистов, комментируя дело Тимошенко?

— Я сказал не "обманул", а "ввел в заблуждение". Кроме этого случая я никогда не вводил СМИ в заблуждение, ни разу. При этом заметьте: я сразу в этом сознался. Я всегда стараюсь быть достаточно корректным. Если вы возьмете любое мое заявление о деле Тимошенко, то оно, как правило, со временем подтверждалось кем-то еще, например представителями пенитенциарной службы либо уполномоченной по правам человека. Просто тогда сложилась особая ситуация: с одной стороны, я не мог не ответить на прямо поставленный вопрос о сроках, а с другой — не мог сказать правду, поскольку у меня на руках не было решения суда, которое к утру могло быть изменено. Мне важно было получить текст решения, в котором говорилось о бессрочном аресте, и я действительно боялся "спугнуть зверя". В отношениях с прессой для меня крайне важно доверие — я боюсь его потерять и крайне им дорожу. Проблема некоторых украинских политиков в том, что они не дорожат доверием не только прессы, но и общества, считая, что их можно обманывать, поэтому я очень стараюсь такого не допускать.

— В интервью газете "Комсомольская правда в Украине" первый заместитель генпрокурора Ренат Кузьмин сказал, что те, кто говорит о плохом состоянии здоровья и условиях содержания Юлии Тимошенко, "врут, цинично и нагло". Кому в таком случае верить — вам или ему?

— Я передам вашему изданию копии медицинских справок, выданных пенитенциарной службой. В них четко указано, что, во-первых, Тимошенко прописан исключительно постельный режим, а во-вторых — что состояние ее здоровья от обследования к обследованию ухудшается. Если человек почти все время лежит, не имеет возможности передвигаться, и это подтверждается сотрудниками пенитенциарной службы — правда, они это своеобразно называют "нарушением функции ходьбы",— то что еще нужно? С 5 по 23 ноября она фактически не вставала. Ее один раз почти на руках перенесли на встречу со мной, как с ее защитником, и после этого случая все остальные встречи проходили у нее в камере. Если бы у нее было хорошее состояние здоровья, то разве допустили бы тюремщики мои встречи с Тимошенко в камере? Или проведение следственных действий?

Неделю назад, накануне приезда в Украину Европейской комиссии по противодействию пыткам, Тимошенко была переведена в медсанчасть. Ее поместили в камеру, которая оказалась гораздо более чистой, чем та, в которой она содержалась предыдущие четыре месяца — на стенах свежая краска. Там действительно стоит телевизор, но не плазма. Первый вопрос представителей комиссии, когда они вошли в эту камеру: "Почему здесь так явно пахнет краской?" В ночь перед приездом комиссии они покрасили стены, постелили новый линолеум, но под ним все равно чувствуются дыры в полу! То есть все это была абсолютная показуха!

— Но общение в камере является нарушением режима, не так ли?

— Ну...С юридической точки зрения все дело Тимошенко —это некий эксклюзив. Сейчас спикеры власти пытаются донести тезис о том, что выездные заседания суда — норма. Это не так. До 2001 года в Уголовно-процессуальном кодексе была соответствующая часть статьи 20, которая действительно позволяла проводить такие заседания. С 2001 года эта норма отменена. Те же спикеры пытаются доказать, что в уголовном процессе действует принцип "все, что не запрещено,— разрешено". Но это абсурд! К уголовному праву, к любому процессу применяется принцип "разрешено только то, что разрешено"! Судья не может делать, что хочет, он делает то, что предусмотрено соответствующим кодексом! Поэтому выездное заседание, не предусмотренное законом, в СИЗО, в камере, у постели больного человека — эксклюзив для Тимошенко! Мы еще в полной мере не оценили последствия этого выездного суда. Они ужасны. Теперь какой-нибудь судья Пупкин в каком-нибудь Запупкинском суде решит проводить заседание у вас дома или на работе. Но это же полный бред! Это может коснуться каждого! Тот же судья Пупкин будет думать — почему судье Трубникову из Шевченковского суда можно, а мне нет? Мы порождаем и плодим сумасшедшую безнаказанность власти.

— 13 декабря в Апелляционном суде Киева начнется слушание жалобы Юлии Тимошенко на приговор Печерского суда по существу. На первом заседании экс-премьера не было в зале суда. Появится ли она на процессе теперь?

— 23 ноября было проведено знаменитое "утреннее обследование" Тимошенко, когда в 5 часов утра ее вывезли в неизвестную ей больницу. С того дня она продолжает лежать в постели, не вставая. Я не вижу прогресса в состоянии ее здоровья. Регресс — факт подтвержденный. С каждым днем ей становится хуже, и, подчеркну, она не получает никакого лечения, кроме обезболивающих препаратов. У нее вновь начали появляться подкожные кровоизлияния, природу которых никто, включая врачей медсанчасти СИЗО, не может понять. Врачи Государственной пенитенциарной службы считают, что это, возможно, побочная реакция на обезболивающее, поэтому сократили его использование — за последнюю неделю ей давали обезболивающее лишь дважды. По моим ощущениям, состояние здоровья не позволит ей участвовать в процессе 13 декабря. Но я не исключаю, что Тимошенко насильно вывезут в Апелляционный суд. Теперь я вообще ничего не исключаю! Если бы мне кто-то несколько дней назад сказал, что Тимошенко будут судить в камере, я бы рассмеялся этому человеку в лицо. Когда шло так называемое выездное заседание в СИЗО, Тимошенко просила: "Господин судья, я ощущаю очень сильную боль в спине, а заседание идет уже шесть часов, я прошу перенести его. Мне настолько больно, что я иногда даже не слышу, что вы говорите, и поэтому не могу нормально выступать с пояснениями. Мне нужен перерыв хотя бы на один день, чтобы боль спала, и я могла нормально слышать все, что вы говорите". Судья в ответ: "Вас обследовали час назад. Я продолжаю слушания". Возвращаясь к 13 декабря — поволочь в суд силой ее могут, и если это произойдет, это станет очередным проявлением издевательства над Тимошенко, демонстрацией пыток и унижения человеческого достоинства.

— Какое заболевание диагностировано у Юлии Тимошенко?

— У нее диагностированы проблемы со спиной. Разглашать диагноз я не уполномочен. Могу лишь сказать, что эта болезнь сопровождается постоянным болевым синдромом. Знаете, после ареста Тимошенко у меня были неврологические проблемы со спиной, поэтому я примерно понимаю, что такое болевой шок и как с этим жить две недели. Она в таком состоянии пребывает больше месяца. Юлия Владимировна опасается за свою жизнь. Она прекрасно понимает — Виктору Януковичу живой она не нужна. Ни на свободе, ни в тюрьме. Соответственно, есть высокая доля вероятности, и я в этом убежден, что власть делает все не для того, чтобы убить ее, а для того, чтобы она умерла сама. Сейчас в СИЗО не пытаются ее вылечить, а делают так, чтобы не болело. Мы не исключаем, что в ее отношении могут быть применены действия, в результате которых она умрет. Пока все выглядит таким образом, что в какой-то момент выйдет президент Янукович со светящимся от радости лицом и скажет: "Я очень сожалею, но она умерла".

— Что вам известно о проверке Генпрокуратурой информации относительно причастности Юлии Тимошенко к убийству Евгения Щербаня?

— К сожалению, первый заместитель генерального прокурора превратился в дешевого пиар-агента. Власть кричит о том, что они европейцы и поступают по-европейски. Но если бы любой прокурор, любого уровня в любой европейской стране позволил себе публично высказать абсурдные предположения, которые не подкреплены приговором суда, он бы за секунду вылетел в отставку. К сожалению, в нашей стране Ренат Кузьмин пользуется тем, что он первый заместитель генпрокурора, член Высшего совета юстиции и, как я понимаю, доверенное лицо президента по контролю за политическими делами, в том числе и Тимошенко. Он позволяет себе распространять подобные лживые заявления в эфире телеканала "Интер", фактически принадлежащего главе СБУ Валерию Хорошковскому. Почему-то, выступая перед европарламентариями, господин Кузьмин резко замолчал, когда они сказали ему: "Подождите, какое право вы имеете высказываться по поводу Щербаня? Вы не человек с улицы, чтобы высказывать свои частные мысли, а первый заместитель генпрокурора!" Никаких юридических оснований для его утверждений нет. То, что он говорит о причастности Тимошенко к убийству,— это выдумки и слухи, распространяемые им с использованием служебного положения.

— Послушайте, мне кажется, первый заместитель генпрокурора не может, излагая информацию, не основываться на каких-то фактах, проще говоря — врать — украинцам, европарламентариям. Вероятно, есть какое-то документальное основание для утверждений о связи Тимошенко с убийством Щербаня?

— Тогда послушайте и вы меня. Почему тогда при всей имеющейся у Генеральной прокуратуры "информации" они не возбуждают дело?! Почему?! В Генпрокуратуре утверждали, что показания даст Кириченко (Петр Кириченко управлял счетами экс-премьера Павла Лазаренко, получил убежище в США.—"Ъ"). Они взяли в заложники жену Кириченко, когда та приехала в Киев! На основании надуманных обвинений она просидела в Лукьяновском СИЗО два месяца. Сейчас она находится под подпиской о невыезде. У Генпрокуратуры ничего нет, в противном случае дело было бы уже возбуждено!

— Помимо ознакомления с материалами уголовных дел, чем еще занимается Юлия Тимошенко, готовит ли она предложения к избирательной кампании "Батькивщины" или, возможно, тезисы к своей президентской кампании?

— Конечно, она к этому готовится. Она интересуется всем, что происходит в стране, в парламенте. Я уверен, что в ближайшее время мы услышим позицию Тимошенко по основным стратегическим вопросам как развития страны, так и развития партии "Батькивщина". Я думаю, это будет целостная концепция, которую мы представим отдельно.

— Вы сказали, что она следит за происходящим в Раде. Смена лидера фракции "БЮТ-Батькивщина", уход Ивана Кириленко и избрание на этот пост Андрея Кожемякина действительно проходили с согласия госпожи Тимошенко или ее все-таки поставили перед фактом?

— По этому поводу было официальное заявление господ Кожемякина и Кириленко, и я не хочу ничего к этому добавлять.

— Как вы расцениваете шансы на то, что Апелляционный суд удовлетворит жалобу и отменит решение Печерского суда?

— Мы исходим из того, что приговор, вынесенный Родионом Киреевым, ни на чем не базируется, он незаконен, и его нужно отменять в связи с отсутствием в действиях Тимошенко состава преступления: в них нет нарушения закона. В решении есть и иные нестыковки — ей инкриминируют подписание документа, но в материалах дела нет его оригинала; ей инкриминируют убытки, а убытков как таковых нет; ей говорят, что своими директивами она что-то нарушила, но в директивах даже нет газовой формулы, а есть лишь ее элементы. Например, если цену газойля поставить в числитель, то мы выйдем на одну стоимость газа, а если в знаменатель — то на другую. Так вот, в директивах не написано, куда ее ставить — это уже делали в НАК "Нафтогаз Украины". Такова юридическая составляющая дела и моего ответа. Есть еще политическая. В деле Тимошенко есть одно главное заинтересованное лицо. Имя его — Виктор Федорович Янукович. Поэтому от того, хватит ли у него политической воли, ресурса продавить нужное ему неюридическое решение, и зависит вердикт Апелляционного суда. Кроме того, чтобы ответить на вопрос о вердикте, сначала нужно получить ответ на другой вопрос — хочет ли президент Янукович в Европу или, вопреки воле большинства украинцев, стремится в какие-то иные союзы?

И третий момент — организационный. Как известно, судья Горб взяла самоотвод. Она имела статус докладчика по делу в Апелляционном суде Киева с 9 по 29 ноября. И этот самоотвод для меня является очень показательным. Он означает, что администрация президента не может обеспечить тотальный контроль над всеми судьями Апелляционного суда. Если администрация президента сможет обеспечить такой контроль для принятия выгодного решения — вердикт будет один. Если вдруг самоотвод возьмут и другие задействованные в процессе судьи — Павленко и Осипова,— то ситуация будет очень показательной. Это будет означать, что судей, которые не готовы принимать неправосудные решения, просто "прессуют".

— Что конкретно будут доказывать защитники на процессе?

— То, что приговор судьи Киреева был вынесен с грубейшими нарушениями как материального, так и процессуального права. То есть статья 365 Уголовного кодекса была применена Киреевым неправильно. В ходе судебного следствия в Печерском суде не были доказаны элементы состава преступления, которое инкриминируется Тимошенко, а это означает, что она не совершала того, в чем обвиняется. При этом Киреев допускал такие процессуальные нарушения, которые делают вынесенный им приговор нелегитимным. Соответственно, приговор должен быть отменен.

— Вы поставили крест на идее вывести Юлию Тимошенко из СИЗО через Верховную раду, то есть декриминализировать ст. 365 УК?

— Декриминализация была не нашей инициативой. Это был возможный выход из ситуации для власти, которая таким образом могла сохранить лицо в глазах европейской общественности. Европейский союз порекомендовал власти избавиться от этой старой нормы советского Уголовного кодекса, гармонизировать законодательство — и ситуация была бы разрешена. Насколько я понимаю, власть в лице президента Януковича обещала это сделать. Один из дипломатов в разговоре со мной оценил ситуацию с отказом Януковича от декриминализации, сказав, что президент поступил с представителями ЕС, примерно как человек с собакой: сначала он тряс куском мяса перед ее носом, а потом резко отдернул руку со словами "я же ничего не обещал". Это был способ для власти выйти из той глупой ситуации, которую она сама создала. Мы готовы были им в этом помочь, несмотря на все наши разногласия. Есть информация, что когда канцлер Германии Ангела Меркель решила обсудить дело Тимошенко на одной из встреч с Виктором Януковичем, она сказала ему: "То есть, по вашему закону, если я сейчас принимаю решение о выделении нескольких миллиардов евро Греции, то получается, что следующее правительство посадит меня в тюрьму, поскольку я лишила своих граждан средств? И ваши эксперты докажут убытки. Это абсурд! Ведь я принимаю политическое решение". При этом даже столь ангажированная Генеральная прокуратура не смогла сказать ни слова о личных выгодах Тимошенко в "газовом деле", так как их нет и быть не может.

— Вы считаете, что Юлия Тимошенко находится в тюрьме, потому что этого хочет Виктор Янукович. Чем вы объясняете такое его желание?

— Так считаю не только я. Мне кажется, это единственное объяснение. Я думаю, им движет страх, страх на генетическом уровне. Он боится единственного политического конкурента, который может лишить его власти. Он, большой двухметровый пацан из Донецкой области, сидит в душе в памперсах перед этой маленькой женщиной.

— То есть Арсения Яценюка вы не считаете тем политиком, который может победить Виктора Януковича?

— Не считаю. Но дело не в том, что я считаю. Я уверен, что Янукович объективно и справедливо понимает, что Тимошенко для него единственный конкурент. Но обратите внимание — ни один митинг Арсения Петровича, при всем моем к нему уважении, не блокируется так, как митинги "Батькивщины". Даже если кого-то из ребят Яценюка задерживают на областном уровне, никто из руководителей его партии не сидит.

— На решение Апелляционного суда может как-то повлиять саммит Украина—Евросоюз, намеченный на 19 декабря?

— Вопрос ведь не в деле Тимошенко. Дело Тимошенко — это градусник, показывающий температуру уровня прав человека в стране. ЕС приглашает к сотрудничеству не всех подряд и не тех, кто географически находится в Европе. Он приглашает к сотрудничеству те страны, которые исповедуют определенные принципы, и это основное условие, а не уровень экономики, как пытается представить премьер-министр Николай Азаров. Если в стране есть верховенство права, свобода слова, свобода собраний, и вы все это искренне исповедуете — вас пригласят в этот клуб под названием "Евросоюз". Клуб — это то место, где исповедуют одну идеологию. Не могут же футболисты прийти в шахматный клуб, плевать на пол, стучать мячом об стену и говорить, что жить надо по их правилам. У меня создается впечатление, что сейчас президент Янукович торпедирует подписание каких-либо документов с Европой, демонстративно плюет ей в лицо.

— Есть мнение, что Апелляционный суд все же не встанет на вашу сторону, подтвердит законность решения Печерского суда, и Юлия Тимошенко будет отбывать полный срок наказания — семь лет...

— И что потом?

— Это вы ответьте: что потом? В БЮТ давно говорили о некоем "плане Б", который начнет реализовываться в стране после того, как Юлия Тимошенко окажется в тюрьме. В чем он заключается?

— Я не исключаю вашей логики. Не исключаю, что судей "доломают". Если это произойдет, тогда мы все, к сожалению, в очередной раз должны подтвердить, что работает система; что Киреев — не исключение из правил, а правило, что он является лицом той судебной реформы, которую провела власть. Сегодня власть пытается сказать, что Киреев — это всего лишь один судья, он не показатель, что был "эксцесс исполнителя". Все станет очевидно.

— И что делать с такой очевидностью? На ваш взгляд, есть ли сейчас в обществе социальный протест, с помощью которого Тимошенко может быть освобождена?

— Это вопрос не ко мне, а к людям. Если они готовы продолжать терпеть все эти унижения, забыть о человеческой гордости, о том, что они люди, закрыть глаза и уши, то, если власть их имеет,— это вопрос к людям. Я не готов это терпеть, и высказываю свою гражданскую позицию публично. Я считаю недопустимым то, что происходит в делах Тимошенко, Луценко, Иващенко, Корнийчука. В 2005 году я публично критиковал, например, Юру Луценко за его "художества" в должности министра внутренних дел, поскольку это тоже было неправильно. Если "пипл хавает", то единственное, что я могу сказать в этой ситуации — народ получает тех правителей, которых заслуживает.

— Судя по немногочисленным акциям в поддержку Юлии Тимошенко, пипл именно хавает...

— Нужно выходить на акции в поддержку своих прав. А если люди не готовы защищать свои права, значит, нужно признать, что мы банановая республика, у нас диктаторская, третьесортная страна, а не европейское государство, и мы не народ, а стадо баранов! Я не готов быть бараном и знаю наверняка, что многие не готовы! Вчера (10 декабря.—"Ъ") более сотни тысяч россиян доказали, что они не согласны быть стадом баранов. В 2004 году мы почувствовали, что можем менять ситуацию. Я понимаю разочарование "оранжевой революцией", тем, что пришедшие к власти политики не оправдали ожиданий. В первую очередь речь идет о Ющенко, да, и во вторую — о Тимошенко. Они не смогли полностью реализовать тот потенциал и доверие, которое получили. По разным причинам. Но это не значит, что мы должны терпеть нынешнюю ситуацию! Что касается "плана Б" — он есть, но я не готов пока о нем говорить. Время еще не пришло. Может быть, оно настанет после 13 декабря.

Интервью взял Валерий Калныш, "Коммерсант-Украина".



Архив
Новости