подписаться на рассылку
26.5 26.9
28.3 28.7

​Экс-прокурор Корниец: Против меня ищут компромат, чтобы меня уничтожить. Только эти поиски обречены на провал, никакого компромата нет

В июне СБУ совместно с Генпрокуратурой в ходе спецоперации, которая уже успела войти в историю как первая, проводимая в здании Главного следственного управления ГПУ, задержали заместителя прокурора Киевской области Александра Корнийца по подозрению в вымогательстве взятки в особо крупных размерах. При обыске у него было найдено 35 пакетов с бриллиантами с общим количеством 65 камней. Суд избрал ему меру пресечения в виде содержания под стражей, которая была изменена на залог 3,2 млн гривен. В конце-концов Корнийца выпустили под личное обязательство.

О ходе досудебного расследования, собранных следствием доказательствах, а также о том, кто стоит за уголовным разбирательством, экс-прокурор Корниец рассказал в интервью "Українським Новинам". Также бывший правоохранитель рассказал, как относится ярлыку "бриллиантовый прокурор".

Вас обвиняют в получении неправомерной выгоды. Что бы Вы сказали в ответ на такие обвинения?

Следствие подозревает меня в соучастии при получении неправомерной выгоды в особо крупном размере. Это особо тяжкое преступление, за которое предусмотрена ответственность от 8 до 12 лет лишения свободы. Я могу уверенно утверждать, основываясь на реальных фактах, что не было никакого преступления при моем участии. В конструкцию этого преступления следствие привлекло 5 человек. Доказательств моего участия и моих встреч с теми заявителями, на показаниях которых следствие строит подозрение, нет и быть не может, так как я никогда с ними не встречался. Я могу долго рассказывать о технологии, которую применили против меня, но об этом и я и мой адвокат неоднократно заявляли. Категорично заявляю, что не принимал никакого участия в неправомерном получении денежных средств и не давал никаких команд, используя свое служебное положение, закрывать какие-то уголовные дела.

Я открыт для следствия и для всех, кто не поленится разобраться в сути дела. Мне абсолютно нечего скрывать. У меня сильная публичная позиция – я не совершал никаких противоправных действий. Поэтому буду строить свою защиту максимально открыто и прозрачно.

Вы упомянули, что по этому делу проходят 5 человек?

Проходит пятеро участников, из них: заявитель, посредник, еще один посредник, сообщник и подозревают непосредственно меня. Подозреваемых три, два заявителя-свидетеля.

Вы знаете этих посредников? В том числе экс-замначальника главного следственного управления Генпрокуратуры Шапакина?

Я не буду скрывать никаких деталей, поскольку уверен в своей правоте. Да, они мне знакомы. Шапакин, к примеру мне знаком давно.Он работал в Генеральной прокуратуре, а я в прокуратуре Киева. По его просьбе я встречался с господином Гибаленко. Он мне его рекомендовал как своего давнего товарища и попросил встретится с ним и выслушать. Я выслушал, но на его просьбу ответил отказом. После этого было еще две-три встречи по просьбе Шапакина. Были разные предложения: штраф оплатить и так далее. Но каждый раз я отвечал отказом.

Кто такой этот Гибаленко?

Товарищ Шапакина, который имел какие-то бизнес-отношения с господами Раком и Гузем, которые впоследствии стали заявителями по делу. Это уже стало мне известно из материалов дела, в частности с протоколов допроса. Но на тот момент я не знал, что они вместе знакомы и осуществляют какую-то предпринимательскую деятельность.

Во время встреч Гибаленко предлагал Вам взятку?

Напрямую он мне ничего не предлагал. Однако говорил, что есть люди, которые хотят, чтобы не мешали их деятельности и пытался доказать, что она законная. Но мне было известно, что основных разрешительных документов у них не было.

А другие участники дела – это кто?

По материалам уголовного производства, которое было у меня как у прокурора, они никакого отношения к предприятиям не имели. По материалам уголовного производства, которые было открыто против меня, они якобы представляли интересы этих предприятий по доверенности, скорее всего. Однако ни мне, ни моему адвокату материалы дела не показывают.

Какие у Вас аргументы и доказательства своей невиновности?

Первое – я имею достаточно серьезный опыт в расследовании коррупционных преступлений и знаю, какие суды принимают доказательства, а какие не принимают и какие могут быть механизмы выявления неправомерной выгоды и привлечения граждан к ответственности. Основа – это подготовка к негласным следственным действиям. Если они проведены качественно и в полном объеме, то у коррупционера нет шансов избежать ответственности. Если наоборот, то это уже работа прокурора, который будет представлять сторону государства. В конкретно моем случае, если бы был хотя бы один весомый материал негласных розыскных следственных действий, доказывающий мое участие (это видео или аудио материалы), то он давно был бы следствием легализирован, показан. Все доказательства они имели возможность предъявить в суде, но не сделали этого. Это свидетельствует о том, что доказательств нет. Поэтому они пошли другим путем, пытаясь прикрыть свою ошибку. На мою семью оказывается давление.

Каким образом оказывается давление на Вашу семью?

Следствие пошло, на мой взгляд, ложным и не совсем этичным путем. Они начали собирать запросы о местах учебы моих детей, о местах их работы. Это не может быть вообще использовано как доказательство для привлечения меня к уголовной ответственности. Я считаю, что это и есть элемент давления. На самом деле тратятся огромные ресурсы для того, чтобы оправдать эту истерию. Было бы намного эффективнее для следствия признать свою ошибку.

Свои доказательства вы предоставляли следствию?

Безусловно. Написал около 10 ходатайств в порядке сбора доказательств со стороны защиты, но все они были отвергнуты стороной обвинения. В связи с этим, по двум из них мы обратились в суд и сейчас они рассматриваются. Сегодня в суде будет рассматриваться обязательство следствия провести обыски с целью выявления тех 50 тысяч долларов, которые первые якобы были изъяты и неизвестно где находятся сейчас. Передавались ли они заявителю или нет? Следствие не дает ответа на этот вопрос. Поэтому я обратился с просьбой провести обыски у заявителя и посредника, чтобы узнать, куда делись эти деньги. То есть у следствия "потерялась" взятка!

Если Вы считаете себя невиновным, тогда кто стоит за вашим уголовным преследованием и кому это выгодно? Назовите конкретные фамилии.

Я назову фамилию работника СБУ, который, и мне это достоверно известно, стоит за организацией этого преследования. Это Андрей Копылов – начальник первого отдела второго управления Главного управления по борьбе с коррупцией и преступностью СБУ. А вот кто стоит за Копыловым, мне не известно. Изначально заказ на мое уничтожение как госслужащего поступил от бывшего депутата Киевского облсовета, ныне депутата Верховной Рады от "Радикальной партии" Сергея Скуратовского, который в области ведет незаконную деятельность по строительству домов, и он же является главой комитета ВРУ по строительству – такой вот парадокс. Он стоял за этим в 2013 году. Имеет ли он сейчас отношение к этому, могу лишь догадываться. Лучше ему задать этот вопрос.

Вам известно, где находятся доказательства по Вашему делу, в частности – денежные средства и пресловутые бриллианты?

Следствие не хочет ни мне, ни моим адвокатам показывать материалы уголовного производства. Все, что мы видим, узнаем из интернета и разных публикаций, которые направлены против меня. Из практики могу сказать, что если это иностранная валюта, то они должны хранится в депозитной ячейке в банке. Если это гривны, то они хранятся на депозитном счету казначейства. Бриллианты, которые были очень сильно "раскручены", сами по себе не изъяты из оборота и не могут считаться незаконным приобретением. Была проведена их экспертиза самим следствием. Получив невыгодный результат, прокурор вынужден был прибегнуть к фальсификации документа с их стоимостью. Я им говорил, что эти бриллианты покупались 3-4 года назад и стоили в пределах 4 тысяч гривен. Это изделия, которые сдаются в ломбард, то есть изымаются отдельно драгоценные камни из изделий и продаются. Это лом. Они продаются оптом и на вес и стоят немного. Как известно, сейчас они стоят 700 долларов или 15 тысяч гривен.

Вы их в Киеве покупали?

Они покупались в Киеве у частного лица с целью сделать из них ювелирные изделия. Но когда я обратился к ювелирам, чтобы сделать из них кольцо, мне сказали, что камни не очень качественные и не дадут ожидаемого результата. Поэтому они просто хранились у меня.

Как проходит расследование уголовного производства в отношении Вас?

Следствие допрашивало меня всего один раз. И все вопросы совершенно не касались преступления, в котором меня подозревают, а касались изъятого у меня оружия, моих полетов за рубеж, разных других тем, не имеющих отношения к следствию. Я знаю, что приглашали мою дочь на допрос с целью психологического давления. Вопросы по уголовному производству ей не задавали. Раз в две-три недели следствие вызывает кого-то из моих знакомых на допросы и точно так же обходят в вопросах тему так называемой "взятки", заведомо зная ответ, что не было никакого преступления.

Сейчас идет просто сбор информации о моей жизни и жизни моих близких. Ищут компромат, чтобы меня уничтожить. Только эти поиски обречены на провал, никакого компромата нет, у меня совесть чиста. А раз нужного им компромата нет, они его банально придумывают.

Я уверен в своей позиции и готов публично защищаться.

Продлена ли мера пресечения судом?

По истечению двухмесячного срока следователь обратился в суд с ходатайством о продлении личных обязательств, которые на меня возложены. 2 сентября судья удовлетворил эту просьбу и до 1 ноября продлил мне меру пресечения – личное обязательство.

Какая роль депутата и бизнесмена Константиновского в Вашем деле?

Он появился здесь случайно. Скорее всего, был втянут в противостояние между бизнесменами, которые занимаются незаконной добычей песка, и правоохранительными органами. Он к этому бизнесу ни имеет никакого отношения. И, скорее всего, к моему преследованию – тоже.

Оцените перспективы уголовного дела?

Может быть, несколько вариантов развития событий. Первый и маловероятный – замгенпрокурора признает ошибку и не будет препятствовать принятию законного решения по делу, оно будет прекращено в отношении меня. Второй – продолжая защищать так называемую "честь мундира", следователи и оперативники СБУ будут собирать против меня информацию до тех пор, пока она не позволит им что-нибудь слепить в виде других уголовных производств. Собрав такие материалы и передав дело в суд, я могу 4-5 лет ходить и доказывать свою невиновность.

Давайте поговорим о реформе прокуратуры. Почему уровень доверия к прокуратуре падает и как его поднять?

Уровень доверия к прокуратуре упал очень давно. Когда у прокуратуры существовала несвойственная ей функция общего надзора, она использовалась не для защиты прав граждан и юридических лиц, а для оказания услуг определенным бизнес-структурам в отношении других структур. Это был рычаг влияния. Он и уничтожил авторитет прокуратуры. Ведь работа прокуроров в суде, следствии не видна. Она не пересекается с большим количеством людей. Поэтому авторитет прокуратуры постепенно будет подниматься после того, как исчезнут несвойственные ей функции.

По поводу реформирования прокуратуры я убежден, что реформировать звено в цепи бессмысленно. Я объясню почему. Прокурор не собирает материалы, их собирает оперативное подразделение и следствие. Прокурор не принимает окончательное решение, его принимает суд. Таким образом, работник прокуратуры – это звено в цепи правосудия. Для того, чтобы реформа была эффективной, нужно реформировать или с одного, или с другого конца цепочки. На мой взгляд, эффективнее было бы реформировать судебную систему. Если изменится отношение судей к постановлению своих приговоров и решений, то волей-неволей прокуроры, милиционеры и следствие подстроятся под судебную практику и под решения Верховного суда. Мы всегда отталкиваемся от практики Пленума Верховного Суда.Пока будет "реформироваться"одно звено при нетронутых других звеньях, до тех пор реформы будут стоять на месте.

5 сентября стартовало тестирование кандидатов на должности в местные прокуратуры. Как Вы считаете, это будет эффективным элементом реформирования?

Начинание однозначно полезное, правильное и благое. Но, по моему мнению, оно будет неэффективным. О первой причине я уже сказал выше, а второе – эти тесты оценивают не уровень профессионализма работника прокуратуры, а определяют уровень знаний студента-выпускника юридического ВУЗа. Прокурору нет необходимости применять в своей деятельности знание основ теории государства и права, которые изучают на первом курсе в юридических ВУЗах. Прокурору, который занимается уголовным преследованием преступлений против собственности, нет необходимости знать финансовое право и так далее. Эффективнее было бы проверять не просто знание законов, статей, но и умение их применять. Надо ставить перед кандидатами реальные юридические задачи из прокурорской практики, на которые понимающий юрист даже безопыта работы в прокуратуре может найти ответ, зная законодательство. К чему приведет формальное тестирование? Одних просто поменяют на других, в течение нескольких лет они будут учиться, как правильно понимать судей, как правильно работать со следователями и оперативниками. Научатся, но это не приведет к переменам. Потому что не устраняются основные причины коррупции. При низких зарплатах и отсутствии надлежащего социального обеспечения рано или поздно новые люди, как и старые, будут соблазняться на неправомерную выгоду. Не все, но такие найдутся.

На Ваш взгляд, что дала прокуратуре работа грузинской команды реформаторов?

На данный момент реформа прошла только половину пути. Преждевременно говорить о том, какой эффект от деятельности грузинского заместителя генпрокурора. Нужно дождаться 15 декабря, когда будут сформированы местные прокуратуры,и увидеть их работу. Достаточно будет месяца для этого. В конце января 2016 года это будет понятно.

Какие отношения у Вас были с Сакварелидзе во время работы в прокуратуре?

Мы несколько раз виделись, но не общались.

Какое у Вас мнение сложилось о нем?

Оно никак не сложилось, так как мы с ним не общались.

Чем, на Ваш взгляд, может закончится конфликт между молодой и старой командой в Генпрокуратуре?

Путь к примирению – признать свою ошибку и двигаться в направлении реформ и реальной борьбы с коррупцией. Но развитие событий зависит от политической жизни в стране в ближайшие три месяца.

Не секрет, что изъятие у Вас бриллиантов быстро растиражировали СМИ, а Вы прославились как "бриллиантовый прокурор". Вам льстит эта шумиха, внимание журналистов?

Ярлык "бриллиантовый прокурор" мне совсем не льстит. Наоборот, оскорбляет. Не только меня, но и вообще честь работников прокуратуры. Поэтому я бы хотел, чтобы этот ярлык перестали использовать. Что касается пресловутых бриллиантов – поверьте, они не имеют никакого отношения ни к каким преступлениям. Их значение было искусственно преувеличено с целью показать якобы роскошную жизнь моей семьи.



Архив
Новости