Интервью 2016-12-04T06:41:24+02:00
Українські новини
​Первый замглавы Фискальной службы: Пиво - один из наиболее востребованных товаров, который незаконно ввозят в

​Первый замглавы Фискальной службы: Пиво - один из наиболее востребованных товаров, который незаконно ввозят в зону АТО

Первый замглавы Фискальной службы Сергей Белан
Первый замглавы Фискальной службы Сергей Белан

В конце февраля премьер-министр Арсений Яценюк назначил служебное расследование в отношении руководства Фискальной службы и отстранил его от исполнения обязанностей. Поводом для расследования послужила неэффективная работа и коррупция в ведомстве. Уже марте, по результатам расследования правительство уволило главу ГФС Игоря Билоуса, его первого заместителя Владимира Хоменко и замглавы Анатолия Макаренко. Несколько месяцев обязанности главы службы временно исполнял Максим Мокляк, однако в мае, по результатам конкурсного отбора было назначено новое руководство ГФС во главе с Романом Насировым. Его замами стали - Константин Ликарчук и Сергей Белан.

Українські Новини расспросили у первого замглавы ГФС Белана о реформировании ведомства, о работе налоговой милиции, о борьбе с контрабандой, коррупцией и конфертационными центрами, а также о том, как новое руководство Фискальной службы будет работать с бизнесом.

Сергей Васильевич, как проходит реформирование Государственной фискальной службы? Когда оно завершится и какие ваши ожидания?

- Как Вы знаете, две недели назад было представление реформы фискальной службы, премьер-министр ее одобрил. Надеюсь, что в кратчайшие сроки она будет имплементирована. Думаю месяц-полтора и мы выработаем новые подходы, новые формы взаимодействия и работы. Уверен, что будет конкретный результат.

Что в первую очередь должно быть реформировано?

- Мы уже кардинально изменили подходы в работе налоговой милиции. Она должна базироваться, в первую очередь, на аналитике. Например, мы ввели новые критерии рисков и, благодаря этому с мая месяца заблокировали фиктивных кредитов почти на 15 миллиардов гривен.

Хочу подчеркнуть: мы приходим с проверками только в тех случаях, когда четко видим, что предприятие работает вне правового поля и у нас есть достаточные основания.

В процессе реформирования мы оптимизируем внутреннюю структуру, функциональные обязанности подразделений. Все нацелено на упрощение процедур, на увеличение контроля, на создание четкой управленческой вертикали. Конечно, и на взаимодействие с бизнесом, общественностью.

Налоговая милиция останется?

- Согласно концепции реформы в составе фискальной службы есть три управления, которые войдут в правоохранительный блок: главное оперативное управление, главное следственное управление и главное управление по зоне АТО. Мы уходим от названия "налоговая милиция", которая с годами приобрела негативный имидж карательного органа. Вы знаете, что премьер поставил задачу о создании службы финансовых расследований и сейчас мы готовим соответствующие предложения для ее выполнения.

Как вы относитесь к решению о подчинении Фискальной службы Министерству финансов? Одобряете ли вы этот шаг?

- Нам по большому счету не так уж важно, кому мы подконтрольны. Мы орган исполнительной власти, министр финансов понимает наши задачи и самое главное проблемы и старается нам в этом помогать. У нас полное взаимодействие, поэтому не вижу никакого негатива в подчиненности Минфину.

Проводили ли Вы проверки деятельности компании "БРСМ-Нафта" и какие результаты этих проверок?

- Эта группа компаний нам известна, в том числе своей противоправной деятельностью. Еще с начала года мы расследовали уголовное производство по одной из компаний этой группы, была доказана вина и добровольно возвращено в бюджет больше 10 млн гривен. При этом мы дальше продолжали работу, проводили проверки, этот процесс длился с марта и 10 июня мы открыли уголовное производство в связи с финансовыми правонарушениями компании на сумму более 200 млн гривен. Это и акцизный налог и налог на прибыль. На данный момент мы продолжаем расследование и будем проводить до тех пор, пока не вскроем всю схему.

Если не ограничиваться БРСМ, в этой же отрасли есть ряд других компаний. Их не проверяете?

- Схемы типичные для большинства крупных игроков на рынке нефтепродуктов. Поверьте, никто не избежит нашего внимания, если они не работают в правовом поле. Известны схемы, конвертационные центры транзитных предприятий, через которые они эти схемы прокручивают. Установлены банковские учреждения. Объявлена спецоперация "Нефтепродукт-2015", которая направлена на противодействие незаконному ввозу в Украину нефтепродуктов, незаконному производству и реализации. Эта операция как раз направлена на уничтожение этих схем, а также борьбу с контрафактом.

Остались ли в структуре Фискальной службы работать чиновники, которые подлежат люстрации, но так и не были люстрированы?

- Во всей системе фискальной службы осталось буквально один-два человека, по которым сейчас завершается работа в этом направлении. Остальные сотрудники, которые подлежат люстрации, прошли ее согласно требованиям закона.

В ходе реформирования службы, не предусматривается ли сокращение штата?

- Такое требование ставит Премьер-министр и министр финансов. Мы будем избавляться от ненужных функций. Уверен, что в процессе реформы мы это осуществим.

Какой Ваш алгоритм борьбы с конвертационными центрами?

- Только за последние два месяца было выявлено конвертационных центров на 3,9 миллиардов гривен. Речь идет о межрегиональных, где схемы реализовывались сразу в нескольких областях. В одном из случаев, например, в процесс были включены 8 банков.

В чём ещё я вижу кардинально новый подход в работе фискальных органов — нацеленность на превентивные меры, а не на ловлю мелких нарушителей. Мы прекратили бессмысленную охоту на транзитные площадки, фирмы-однодневки, которые можно создавать сотнями в день, и перешли к крупным предприятиям, заказывающим услуги конвертации и формирования фиктивного кредита.

Можете назвать банки, услугами которых пользуются конвертационные центры?

- На сегодняшний день не буду называть конкретные финансовые учреждения, это будет неправильно с правовой точки зрения. Есть банки, где в качестве инструмента просто открывается счет. В самом финансовом учреждении не смотрят, откуда пришли и куда ушли деньги, а просто корреспондируют их. А есть случаи, когда крупные финансово-промышленные группы создают карманные банки исключительно для вывода денежных средств и конвертации.

Касательно работы с бизнесом. Как вы считаете, вам удастся найти с ним общий язык? Что нужно сделать, чтобы бизнес не подвергался постоянным проверкам фискалов и каково Ваше видение выхода бизнеса из тени?

- Во-первых, необходимо оптимизировать налоговое законодательство, сделать его более внятным, сократив количество нормативных актов. Во-вторых, следует поднять риски для тех, кто оказывает определенные услуги на "черном рынке". Если будет налог 40%, а стоимость обналички и услуг по фиктивным кредитам — 25%, никто не станет рисковать ради 15%.

Что касается проверок, то у нас позиция одна – для бизнеса, который работает "в белую", налоговая милиция должна быть незаметной. Как я уже говорил, мы приходим с проверкой на предприятия только когда для этого есть основания. Кроме того, бизнес-ассоциации сами заинтересованы в сотрудничестве с фискальной службой, потому что, ликвидируя "черный рынок", мы действуем в интересах предпринимателей, которые работают в правовом поле. Независимо от того, о каком товаре идет речь. Например, при ГФС создано восемь отраслевых ассоциаций. Они предоставляют нам информацию о контрабандной, контрафактной продукции, так как такие явления негативно влияют на их бизнес. Этот диалог у нас достаточно успешный, плотный и мы надеемся на его расширение. Кроме того, у нас работает Общественный совет.

На что преимущественно бизнес жалуется?

- В какой-то степени они жалуются на налоговое законодательство, которое у нас достаточно запутанное. Бывает, что жалуются на действия сотрудников, но мы на каждое обращение реагируем и даем соответствующую правовую оценку. Мы активно очищаем наши ряды и доносим эту информацию бизнесу. В отношении работников органов Государственной фискальной службы начато 292 уголовных производства, из них 64 - по признакам взяточничества.

По вашей информации, сколько в процентном соотношении, бизнеса находится в тени?

-Официальные исследования говорят, что около 42% бизнеса находится в теневом секторе. Наша задача этот процент минимизировать, то есть вывести его из "черных" и "серых" схем. На это и нацелена реформа ведомства, которая надеемся, будет имплементирована уже к осени.

Как Фискальная служба борется с контрабандными схемами в зоне АТО?

- Это одно из наших ключевых направлений работы. В зоне АТО работает наше спецподразделение "Фантом", это более 100 сотрудников, которые несут службу на пунктах пропуска, а также работают на линии разграничения совместно с СБУ и пограничниками.

Есть ли факты, когда фискалы участвовали в коррупционных схемах во время контрабанды в зоне АТО?

- Таких фактов не зафиксировано.

Как Вы относитесь к созданию службы финансовых расследований?

- Нужен серьезный и действенный орган государственного контроля за правильностью уплаты налогов. Такой орган существует в большинстве европейских стран. Как он будет называться, для нас ключевого значения не имеет. Единственное, мы хотим избавиться от названия "налоговая милиция", потому что действиями определенных экс-руководителей это имя было дискредитировано. Мы примем любое решение Минфина и правительства, но мы поддерживаем такую инициативу.

Как Вы считаете, нужно ли вводить налог на ввоз дорогих автомобилей? Если такой налог будет введен, не будет ли это способствовать увеличению контрабанды автомобилей?

- Действительно, мы фиксируем и пресекаем схемы незаконного перемещения автомобилей. Буквально две недели назад в ряде областей мы раскрыли преступную группу, которая незаконно ввозила транспортные средства. Общий денежный оборот этой группы составил почти 1 млрд гривен. Введение налога - это прерогатива Минфина. Конечно, если что-то дорожает, то увеличивается желание не платить, то есть это логично, но у нас есть инструменты и четкое понимание схем, как это делается, и мы их раскрываем. Думаю, что на потери государственного бюджета из-за контрабанды таких автомобилей, это не повлияет, так как мы эффективно боремся с такими схемами.

Как вы будете бороться с контрабандой и коррупцией на таможне, в частности в Одесском регионе?

- Мы сейчас проводим широкомасштабную операцию "Рубеж", которая как раз направлена на противодействие контрабанде и коррупции. Уже в рамках этой операции открыто более 70 уголовных производств, более чем на 200 млн гривен конфисковано контрабандной продукции.

Вы наверное знаете, что недавно ВРУ приравняла пиво к алкогольным напиткам. Соответственно это предусматривает получение новой лицензии на продажу пива, повышение акцизов, цены, а значит и уход малого и среднего бизнеса в тень. Ожидаете ли вы, что в связи с этим законом, начнут открывать подпольные цехи по производству пива и ввозить контрабанду пива?

- На рынке алкогольных напитков проблем достаточно много. В этой сфере мы также боремся с негативными явлениями. Если взять последние полтора месяца, то мы ликвидировали 32 незаконных подпольных производства ликероводочных изделий. Понятно, что сегмент пивных напитков достаточно широкий и пользуется спросом. Пиво, кстати, одно из наиболее востребованных товаров, которые незаконно перемещаются в зону АТО, даже не сигареты и водка. Мы понимаем, что будут попытки избежать налогообложения и процедуры лицензирования, но мы к этому готовы, и знаем, как это предотвратить.

С 1 июля заработали изменения в Налоговый кодекс. Сколько это даст новых поступлений в бюджет?

- Прогноз мы пока делать не можем, но уверен, что это существенно поспособствует увеличению поступлений в бюджет. Прогнозы достаточно оптимистические.

Что вы считаете необходимым изменить в законодательстве для улучшения работы Фискальной службы?

- Мы дали свои предложения по изменению Уголовного и Уголовного процессуального кодекса. В частности, просим дать нам возможность расследовать дела по статье 205 Уголовного кодекса (фиктивное предпринимательство), потому что уклонение от уплаты налогов напрямую связано с фиктивным предпринимательством, но сейчас такие дела расследует МВД. Точно также по ряду экономических преступлений мы просим законодателя предоставить возможность конфискации инструментов противоправной деятельности. В частности, в зоне АТО, когда мы обнаруживаем автомобили с незаконным грузом, а у нас нет прав их задерживать.

Есть еще одна проблема, которую пытаемся решить, это то, что госслужащий может получать зарплату только из бюджетных средств, которых не хватает. У нас уровень зарплат 2-4 тыс. гривен. Мы внесли предложения по изменению закона о государственной службе, которые позволят привлекать внебюджетные средства.

Новые полицейские в Киеве получают по 8 тыс. гривен. А работники налоговой - 2 тыс. гривен. Как искоренить коррупцию при таких зарплатах?

- Действующим законодательством оговорено, что зарплата госслужащего может выплачиваться только за счет бюджетных средств. Изменение закона о госслужбе, которые мы инициируем, позволит существенно увеличить зарплаты, потому что существуют международные организации, которые готовы выделять в рамках целых программ средства, позволяющие мотивировать госслужащих, и бороться с коррупцией.

Какая у вас зарплата и хватает ли ее на жизнь в Киеве? Вот народным депутатам не хватает 6 тыс. гривен и они жалуются на ее уровень.

- Зарплата моя примерно тоже 6 тыс. гривен. У нас не высокие требования, поэтому в принципе хватает.




Архив
Новости

ok